Шепчущие тростники

Аромат пейзаж. Мне хотелось сделать ароматическую картину, в которой была бы свежесть воды и ветра, зелень, шелест листьев, жар солнца, песка.

Вот эта фотография тростника и Евфрата, такого, как он есть на закате в сирийском городе Дер-из-Зоре, сделанная Гримом, как мне кажется, хорошо передает ощущение, воплощенное мной в аромате. Читать далее

Опавшие листья

I cried when the moon was murmuring to the birds:
‘Let peewit call and curlew cry where they will,
I long for your merry and tender and pitiful words,
For the roads are unending, and there is no place to my mind.’
The honey-pale moon lay down on the sleepy hill,
And I fell asleep upon lonely Echtge of streams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.

Этот отрывок стихотворения Уильяма Батлера Йейтса вдохновил меня на осенний аромат.

Упавшие, преющие и уже потерявшие почти свою разноцветную окраску листья, влажный воздух, редкий и холодный уже луч солнца, теплый еще запах земли, тоска, надежда, проводы уходящего тепла.

Натуральные духи Fallen leaves — c древесно-бальзамическим осенним ароматом. Упавшие, преющие и уже потерявшие почти свою разноцветную окраску листья, влажный воздух, редкий и холодный уже луч солнца, теплый еще запах земли, тоска, надежда, проводы уходящего тепла. Сладость тления и яркие блики осени.

Цистус, ладан, мирра, бобы тонка, хмель, бессмертник, ирис, гималайский кедр, пачули, кардамон, ирис, ваниль.

Получилось очень похоже на осенний лес и на стихотворение.

Впечатление дегустатора. Анна feen_morgana  пишет о них так: Пахнет землей, уже заснувшей в зиму, пахнет прелой листвой, откуда-то тянет дымом костра, вечный и древний запах пожухлой травы… и так грустно, так сладостно и светло на душе. Так просто и так гениально — просто листья, просто земля, просто скоро будет зима.

Натуральный парфюмер из Канады, Аяла Мориэль, пишет о них так: At first, there is the musty smell of camphoreous cardamom and musty patchouli, suggesting petrichor and transitioning into the resinous bitterness of myrrh. Sweet vanilla mingled with immortelle absolute gives a more perfumey undertone, reminiscent of wet fallen leaves fermenting on the ground. Immortelle’s close resemblance to maple syrup brings to mind maple leaves by way of association. Dark yet voluptuous, the Earth Goddess will turn the golden leaves into dirt, and fermentation yields the most surprising aromatics out of ordinary botanicals, as in what happens upon fermenting hay, tea and tobacco — vanillin, coumarin and many other surprising molecules appear and add richness and layers to the leaf.

Лотосовая заводь

Болотистая местность, травы, зелено-терпкая цветочная горечь, лотосы, вода и влажное послевкусие.

Эфирные масла цитрусов, трав, абсолюты лотоса, османтуса, жасминов, роз, смолы и немного древесины в конце. Амбровая настойка.

Первые ноты — достаточно узнаваемый запах болота с цветами. Лотос с цветочными абсолютами не слишком сладкий, темно-зеленая,  горьковатая нижняя нота.

 Впечатление дегустатора.

Ладан и Мирра

Как известно, волхвы принесли новорожденному Иисусу три дара: золото, ладан и смирну. Удивительно, что  благовонные смолы были такой ценностью, что оказались, как и золото, достойными принесению в дар Божественному младенцу.
Ладан, наряду с другими ароматическими смолами, был в большом почете и в других древних странах. Геродот описывает построенный в Вавилоне храм в честь Ваала, в котором имелась золотая стелла с изображением бога весом в восемьсот талантов, перед которой стоял алтарь, так же золотой. На этом алтаре ежегодно сжигалось около тысячи талантов чистого ладана. Читать далее

Воскурение на углях

Я люблю традиционное воскурение смол на углях, и имею для этого несколько курильниц. Такое воскурение прекрасно работает как медитационная техника.
Возжигание благовонных смол имеет более чем тысячелетнюю историю. Для этого использовались угли и специальные курильницы, форма которых рознилась в разных культурах. В Египте, помимо алтарей, благовония воскурялись в особых курильницах, напоминающих современные курительные трубки. В Ассирии воскурение производилось и на открытых алтарях, расположенных на холмах. В Греции и Риме получили распространение курильницы, очень сходные с теми кадильницами, которые мы сегодня можем видеть в церквях в руках у священнослужителей.
Хотя, в общем-то, в домашнем обиходе курильница может явиться хорошим украшением интерьера, но совсем не обязательна для того, чтобы ощутить аромат воскуриваемых смол. Читать далее