отзывы

Аня merry_go_round пишет про мои ароматы из посылки счастья в glucksendung:

« Начну издалека, потому что для полноты картины это необходимо. Я уже довольно бородатый парфманьяк, со стажем и так называемым прошлым. В этом самом прошлом было все — любовь и ненависть, драмы и трагедии, равнодушие и даже месть. Но, пожалуй, самый долгий, трудный и до сих пор неоконченный роман происходит у меня именно с натуральной парфюмерией. Начало было положено великой и ужасной Менди Афтель, после была Лиз Зорн, которая (простят меня фанаты) все таки больше ремесленник, чем поэт (правда, ремесленник превосходный), SIP, и многие другие, включая натуральные масла и эссенции. Отношения развивались медленно, мучительно, но с неугасающим взаимным интересом. В результате я имею все еще неутоленный голод и парочку редко носибельных, но шедевральных, на мой нос, произведений. Это, например, Танго от Мэнди Афтель и Мох Зорн. А теперь еще и целых три аромата Анны Зворыкиной.

**

Что до общей оценки, то я была поражена а) стойкостью б) изменчивостью и многослойностью в) легким нравом исключительно всех работ, кроме одной гардении и то потому, что она со мной банально отказалась дружить. Возможно, ее убило сочетание моей горячей кожи с не менее горячим климатом Таиланда, поэтому я не тороплюсь с ее оценкой — очень интересно было бы попробовать носить твою гардению в климате средней полосы России, например.

Теперь о каждом.
Вторая кожа.
Запах помощник, запах поводырь, верный друг, второе я, тень, абрис, душа и тело. Редкий случай, когда название полностью соответствует содержимому, единство формы и содержания. Мягкая, близко сидящая к коже, которая skin, кожа, которая leather, но на столько ручная, что почти skin. Мне тут в голову приходит один бассейн с касатками, в котором жил дельфин. Дело в том, что касатки не терпят рядом с собой другие виды. Вообще. Они их убивают. А дельфин жил, дружил и общался. Чудо? В какой то степени, да, но на самом деле — филигранная работа. Мягчайшая, нежнейшая кожа, с бессмертником, бархатистостью и едва ощутимыми цветами, которые наполняют ее красками. Как близкое дыхание, от которого потеет стекло. Вкрадчивый шепот с ощущением присутствия. Твердая рука друга. Или любовника. Но старого. Потому что страстей в этой коже нет. Нет ни пота, ни крови, ни животности — только телесность, в высшем смысле телесноть, где тело совершенно, беспорочно и почти абстрактно.
New suede
Если вторая кожа помощник, запах-партнер, то Замша — игрок и кокетка. Она постоянно убегает, звонко смеясь, заставляет оборачиваться ей вслед, искать ее глазами, носом, сворачивать шею и … не находить. Вот она здесь, звонкоголосая, тонкокостная, изящная, изысканная, и вот ее уже нет. Остался лишь призрак замшевой подкладки, которая хранит все секреты сумки своей хозяйки, даже когда секретов уже и нет давно — старые письма, рассыпавшаяся пудра, букетик цветов от поклонника, ароматная сандаловая палочка, бастистовый платок. Мелочи, ерунда, есть у каждой, но все равно «он готов целовать песок, по которому ты ходила».
Revenge
Кожа оборотень, которая села на меня отголоском тропических лилий. Единство противоречий. Природа и урбанизм. Творческое начало и аскетизм. Это как будто Гоген оказался героем фильмов Ким Ки Дука. В ней есть и краска, и растворители, и тихие пруды, даже заводи, стоячая вода. Есть пыльные асфальтовые дороги и хрупкие ирисы, растущие на их обочинах. Я люблю такие запахи — достаточно традиционные, чтобы быть носибельными и достаточно оригинальные, чтобы быть особенными.
Emerald green
Это про светлый, солнечный лес, цветочные поляны и танцующих эльфов. Стартует гальбанумом, разворачивается флердоранжем, красуется полевым букетом и успокаивается землей и мхами. Если Ваниль про кино, то это про живопись. Короткие, легчайшие мазки. Или, быть может, еще про вальс. Да.
Verdigris
До знакомства с ним у меня было одно любимое растение в парфюмерии — бессмертник. Теперь появилось второе — шалфей. Я начинаю изучать и пробовать запахи с шалфеем. Удивительный по красоте фужер. Если вы знаете Фужер Бенгаль — то это его альтер эго, источник, идеал. Травы, муравы, полынь, шалфей, сандал, мягчайшая лаванда, ветивер — природный бархат сине-зеленого припыленного цвета. Один из моих фаворитов у Ани.
Without Words
Второй, и неожиданный, фаворит. Описать не могу — это головокружительное чертово колесо. Пьяный, розовый от слова роза, горький, абсентово-коньячный — слов действительно не хватает. Кроме прочего поразил тем, что висит над кожей. Был самым шлейфовым.
My vanilla
Третий фаворит.
Это самая содержательная по смыслу ваниль, которую я встречала в парфюмерном мире. Пожалуй, более содержательна ваниль лишь в винтажном шалимаре. Но они антогонисты, в каком то смысле, хотя, некоторые выпуски Шалимара в колони своей сухостью и ветром в волосах могут перекликаться с My vanilla. Некондитерская, несладкая, даже горьковатая, местами про море, местами про пустыню, но всегда про ветер — эта ваниль, запах свободы, не меньше, но эта свобода осознанная, спокойная, даже уютная, а не та, которая требует идти за собой. И еще она удивительно кинематографична не в том плане, что хорошо смотрелась бы на экране, а в том, что она сама — кино. На самом деле все просто. Любое хорошее кино — это прежде всего хорошая история. В ней это есть. Этот запах, как целая жизнь, история про уезжать и приезжать, про прощание и возвращение.
White Silk
Самый что ни на есть винтажный аромат. таких сейчас не делают. Целая цистерна сандала, разукрашенная арабской вязью.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.