виола да гамба

«Если бы не эхо, можно было бы сказать, что виола да гамба — плохая виолончель.
Особенность виолы да гамба — призвуки, они появляются раньше, чем звуки и с ними нужно работать, это настраивает на совершенно другой характер звукоизвлечения, отличный от скрипичных. Но эхо и призвуки — ее особенность, она может околдовать.» — рассказывает музыкант и композитор Руст Позюмский про виолу да гамба.

Я как услышала — сразу растаяла. Если бы не призвуки — можно было бы сказать что натуральные вещества — это такая плохая синтетика. Слишком тихая и многоголосая, слишком грязная. Она раскрывается с другим фокусом внимания, с другим характером восприятия.
Виолончель, виола да гамба и электронная скрипка звучат по-разному, делают разную музыку, и они для разного.

И вот еще немного

«Я устал от громкости, мне хочется просто акустики и отсутствия усиления, это однозначно маленькие залы», — говорит  интервьюер.
«Каждый из нас приближает будущее, которое ему нравится. Наше будущее — будущее, в котором люди играют на виолах. Ой, да что там, это наше настоящее!
Я слежу за новинками музыки, конечно. За новинками музыки 17-18 века, там сколько не копай — все время обнаруживается что-то новое!»
«раньше люди уставали от тишины и стремились к звукам, сейчас звуки перекрикивают друг друга и усталость влечет к тишине.»

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Для меня даже слова звучат как музыка. Сейчас вокруг много говорят как падает людской вкус, как падают нравы и времена, и мне часто хочется спросить: а лично я, лично ты, лично вы — что сделали для того будущего, которое нам желанно?
В моем — люди медленно и с вниманием нюхают. И думают. Составляют букеты, играют и слушают музыку. Мое будущее — сейчас.

А ваше?

Искусство не мертво пока жива свобода

Думая о «нотах» и прочем читала интервью музыканта Бли́ксы Ба́ргельда.
Он, конечно, знатный радикал, я вас могу его еще достать его цитатами, феерический персонаж.
Так вот, про ноты, технику и звук — он говорит примерно то же что я думаю — важен не звук сам по себе, не техника сам по себе. Важно, что ты выражаешь — и средства подтягиваются за целью.
Искусство, говорит Бликса, не мертво, потому что жива свобода.

«Sound is highly overvalued, context is interesting.
Sound is not interesting. Everybody always talks about sound, like if sound would really mean anything. They spend an afternoon in the studio trying to find the best drum sound, without realizing that the best drum sound is the one that makes more sense within a particular context. There is no sound better than another. It’s interesting to find techniques and strategies to overwhelm an object, give out and utter its soul, somehow, but I’m not interested in the sound. If you tell me: today we’re making a record out of bread, then I’ll work with bread, I’ll develop a strategy to get something out of bread, but I will not judge saying “this is a better bread sound or a worse one”… I have to find the context that makes this play with bread a meaningful thing.» — Blixa Bargeld, int 

Райнер Марии Рильке о поэзии

«Письма к молодому поэту» впервые вышли отдельным изданием в 1928 г., вскоре после смерти Райнера Марии Рильке. Они обращены к австрийскому писателю Францу Ксаверу Каппусу.
________

Париж,
17 февраля 1903 года.

Дорогой друг,

пару дней назад пришло твое письмо. Я благодарен тебе за доверие, но обсуждать твои стихи я не могу — любая попытка выступить в качестве критика была бы для меня чем-то глубоко неестественным. Потому что мало что имеет столь же ничтожное отношение к произведению искусства, как слова критика. Как бы то ни было, критика всегда была и будет лишь более или менее удачной формой непонимания того, что создал автор. Произведения искусства не столь просты, чтобы кто-то смог описать их словами. Вообще, большую часть нашего опыта не высказать — многое из происходящего происходит там, где словам попросту нет места. Но еще более сопротивляются словесному описанию произведения искусства, как нечто, обладающее собственным таинственным бытием, продолжающимся рядом с нашей скромной мимолетной жизнью.

После этого предисловия, если позволишь, я скажу только, что, прежде всего, в твоих стихах пока не чувствуется собственного стиля. Хотя в них и есть необходимая тишина, и еле заметные ростки чего-то своего, личного. Лучше всего это заметно в твоем последнем стихотворении — «My Soul». В нем что-то твое и только твое пытается стать словом и мелодией. Как и в стихотворении «К Леопарди», где ты вновь рисуешь схожий, полный глубочайшего одиночества образ. Тем не менее, твои стихи — еще не что-то, что существует само по себе, независимо от тебя. Даже «My Soul» и даже «К Леопарди». Письмо, с которым ты отправил стихи, сделало очевидными те многочисленные и неизбежные промахи, совершенные мной при чтении. Я совершил так много ошибок, читая твои стихи, столь многого не понял, что обо всем мне и не упомнить.

Ты спрашиваешь, хороши ли твои стихи. Ты спрашиваешь… Ты спрашиваешь у меня. До этого ты спрашивал еще у кого-то. Ты посылал свои стихи в журналы. Сравнивал их с другими стихами. Ты всякий раз выходил из себя, когда редакторы отвергали твою работу. Но если ты просишь моего совета, то я говорю тебе: прекрати. Прекрати все это. Ты пытаешься «посмотреть со стороны», а этого следует избегать. Избегать, хотя бы начиная с того самого момента, как ты прочтешь эти строки. Никто не может тебе помочь. Никто. А все, что ты можешь сделать — это остаться наедине с собой. Так останься. И найди ответ всего лишь на один вопрос: почему ты пишешь? Посмотри, уходит ли желание писать корнями в самые глубины твоего сердца? Ты должен понять, смог бы ты жить, если бы тебе запретили писать. В тишайший час этой ночи спроси себя: надо ли мне писать? Уйди в себя так глубоко, насколько только можешь, и найди ответ. Если ты перестанешь «смотреть со стороны», если сможешь остаться наедине с собой, ответ придёт легко. И если ответом на столь серьезный вопрос будет простое «я должен», тогда тебе просто ничего не останется, как жить с этой необходимостью. А кроме того, вся твоя жизнь, включая самые обыденные ее моменты, станет подтверждением правильности полученного ответа.

Это не трудно: нужно быть естественным и попытаться сказать то, что хочешь сказать. Сказать так, как если бы никто до тебя этого не говорил. Попробуй рассказать о том, что видишь и чувствуешь, любишь и теряешь. Но ни в коем случае не пиши стихи о любви. Вообще, сторонись избитых тем. Чем проще тема, тем сложней над ней работать. Надо обладать абсолютной властью над словом, чтобы создать нечто свое там, где есть богатые традиции, давшие жизнь прекраснейшим творениям. Избегай общих тем, пиши о том, что дает тебе сама жизнь. Попробуй описать свои печали, свои желания, высказывай не дающие тебе покоя мысли, пробуй выразить свою любовь к красоте. Подойди к этому спокойно и скромно. Пользуйся тем, что вокруг тебя. Это могут быть какие-то образы из снов, или что-то, что ты никак не можешь забыть. А если жизнь кажется тебе скучной — не сетуй на нее, а вини себя. Потому что для творца не существует скуки и скучных мест. Даже если ты думаешь, что отбываешь срок в камере своей жизни, куда не попадает ни единый отзвук огромного мира — у тебя все равно остается сокровище, которое одно стоит всего остального на свете. Я говорю о сокровище, имя которому память. Обратись к ней. Пристально всматривайся в свое прошлое, наверняка ты забыл там что-то очень важное.

Ты станешь сильнее. Твое одиночество окажется весьма обширным местом, иногда сумеречным, но там тебе никто не будет мешать. И если ты будешь возвращаться оттуда со стихами, тебе не будет дела до того, кто и что может о них сказать. Ты не будешь стремиться во что бы то ни стало заинтересовать журналы. Тебе будет не до того. У тебя будет всего достаточно. У тебя, у твоей жизни будет свой собственный голос, он станет ее частью.

Работа художника только тогда и хороша, когда возникает из необходимости. И это единственное, исходя из чего она может оцениваться. Поэтому мой единственный тебе совет: останься наедине с собой, вглядись, попробуй понять насколько глубоко тот источник, из которого бьет твоя собственная жизнь. Найдешь его — получишь и ответ на вопрос, должен ли ты писать. Прими этот ответ и не пытайся его как-либо интерпретировать. Прими его таким, каков он есть. Возможно, ты обнаружишь, что быть художником — твое призвание. Тогда прими это как судьбу и не спрашивай, будешь ли ты вознагражден. Потому что творец сам должен быть собственным миром и должен уметь находить все в самом себе и своей жизни.

Если же ты обнаружишь, что тебе не быть поэтом (если ты чувствуешь, что можешь жить и не писать), все равно поиск, о котором я пишу, сослужит тебе службу. Он будет небесполезен. Твоя жизнь по-прежнему будет бить из того же источника, и тебе по-прежнему будет открываться множество путей. Возможно, они будут не менее прекрасны, чем путь художника, или даже окажутся прекрасны настолько, что мне и не описать.

Что тебе еще сказать? Мне кажется, я объяснил все более-менее четко. Хотелось бы только добавить: ты должен расти, расти спокойно, не избегая ничего, что встретится на пути твоего развития. И ничем более ты не можешь повредить этому развитию, чем постоянным поглядыванием на других в ожидании от них ответов на вопросы, которые касаются того, что в тебе, и что само, может быть, со временем расскажет о себе.

Мне было очень приятно встретить в твоем письме имя профессора Горачека. Мой поклон этому доброму образованному человеку. Очень мило с его стороны продолжать помнить и думать обо мне. Передай ему, пожалуйста, что я был признателен ему все эти годы.

Отправляю обратно твои стихи и еще раз благодарю. Я был честен, отвечая на твои вопросы. Мне бы хотелось послужить более надежным источником знания, чем я, посторонний для тебя человек, являюсь на самом деле.

Со всей искренностью,

Rainer Maria Rilke

Обычный человек и ольфакторная грамотность.

“Как повысить свою парфюмерную грамотность? Пару простых советов для обычного человека. Знаю, что писали об этом на канале, но мне бы для тех, кто вообще об ароматах ничего не знает, даже не делает первые шаги, а пробует вставать на ноги.”
Это мне поступил запрос на мое “экспертное мнение”.
Сейчас я сразу дам мнение и потом буду писать лонгрид, тем более он про другое:
Есть только один способ “научиться нюхать”: нюхать и включать голову. Это не вписывается в канон “простого совета”, но простого тут нет. Точнее есть, я его всем в последнее время раздаю бесплатно: не заморачиваться а просто радоваться, если грамотности учиться лень. Так можно. А вот научиться в обход головы нельзя, упс.
Нюхайте, нюхайте не только духи, нюхайте все: еду, воздух, деревья, людей, напитки. Никакие теоретические знания не заменят вам ваш личный чувственный опыт, а его можно получить только приступив к практике. Вставайте и идите. Пытайтесь найти то что нравится, анализировать это, подбирать слова (ой это как раз снова сложное началось).
В общем, нет других советов.

А вот удивление есть. Я знаю, я много пишу про обучение и самообучение ольфакторной грамотности, тоже считаю что есть сложные вещи и простые, и про развитие вкуса пишу, да, все это прекрасно и делает нашу жизнь лучше. Однако стоп.

Погодите минуточку. Знаете обо что я споткнулась? Об “обычных людей которые не делают шаги а пытаются встать на ноги”.
Это, значит, получается, что ноги обычных людей достаточно годные, чтобы отнести их кошелек к кассе в парфюмерном магазине, но недостаточно годные, чтобы они поняли что, собственно, покупают? Неувязочка какая-то. То есть увязочка, если принять патерналистскую позицию: все глупые только эксперты умные, они должны вести народы к сознательности и правильной эстетической позиции а то люди не справятся и будут какую-то глупость покупать (кстати, а откуда она взялась, глупость, ее же сделали профи?)

Иными словами — а для кого, собственно, делают духи, вот вопрос?
Для кого творят супер-люди, гении и таланты индустрии, на кого рассчитаны продукты, которые создают Ропьон, Дюшафур, Эллена, Маффеи и другие? Те продукты, которые стоят на полках магазинов, и буквально каждый, каждый (!) может подойти и пшикнуться, и даже прямо так взять и купить.
Ни с кем не посоветовавшись, никого не слушая, не думая о том, достоин ли его, человека, “неразвитый нос” этого неземного аромата. Просто взять и купить!
И, еще минуточку, не к этому ли стремятся авторы композиций и те, кто их выпускает?

Для кого еще могут создаваться и выпускаться в продажу духи, которые стоят на полках? Для вас, вот прямо вас: вы умеете читать и у вас есть сколько-то денег. И вы можете подойти ногами, понюхать (или посмотреть на рекламу с Джоли) и купить.
В индустрии не дураки сидят, они все про людей знают. Ну не все, но многое) Про системную сложность в описании ароматов знают, про поголовную ольфакторную неразбериху знают. И все это учитывают, работают над созданием говорящих упаковок и прочими вспомогательными средствами. Не только чтобы продать, но чтобы облегчить понимание.

И я считаю что даже человек, не погруженный глубоко в тему, может принять решение о покупке и носибельности аромата. Без всяких дополнительных знаний вообще. Может и точка. И тут мой экспертный совет такой: покупайте что нравится, что радует, это вам носить а не эксперту. Конечно, «Нравится мне или не нравится» (про любую область) — это вообще не про область, это про связь с собой. А за ней нужно идти к себе и только к себе. Иногда в компании психотерапевта. Но это не проблема ольфакторной грамотности, это про другое.

Вообще, конечно, я, кажется, слишком обостряю заданный вопрос, но мне очень много попадается в последнее время идей о том, что человек не может сам, что чтобы совершить покупку ему нужно еще закончить пару тройку курсов, а то «не сможет разобраться». Или человек вдруг начинает извиняться «ну я не разбираюсь в ароматах, извини что говорю такое, вот пользуюсь Кензо». Нет в этом ничего стыдного: ни в том что не знаете что такое шипр (если вы не парфюмер), ни в Кензо. И так мне это «извини» и «обычный человек» и все подобное вдруг встало поперек горла, что вот пишу: много, сбивчиво, эмоционально, простите. Не про конкретный вопрос а про подход.

Я думаю, корни этой темы “достаточно ли я хорош для всего этого” очень глубоки и ветвятся широко. Тут и история про “искусство, должно ли оно быть само по себе или все-таки оно продается?” (всегда продавалось, концепция искусства ради чего-то абстрактного и оторванного от жизни довольно новая, и, кажется, уже мертва, хотя трупик захоронен в публичном месте и выставляется на осмотр). Тут и “парфюмерия — искусство, возвышающее душу (за ваши же кровные) или просто пшикнуться и чтобы хорошо было” и “Должна ли индустрия думать о том чтобы развивать вкус “обычных людей”, или она и должна думать только о деньгах, а о людях пусть другие думают”. И даже “Может ли обычный человек понять то что сделал профессионал”. И еще “Как найти правила там где правил нет, неужели прямо все можно, даже туберозу днем носить? Не может быть.”
Не на все эти вопросы у меня лично есть внятные ответы, я просто показываю, что парфюмерия тут не уникальная область, все это уже обсудили и описали с разных сторон сотни умных людей, создав по пути с десяток разных парадигм, все пришли к разным выводам, к какому придете лично вы — не знаю, вам выбирать.

Повторюсь, есть разные уровни сложности в любой сфере. А еще, мне кажется, есть такая штука как саморегулирующийся доступ. Существуют марки, к которым без кривой козы не подъедешь и понять их будет не просто вот так вдруг (хотя тоже возможно, и я знаю много таких случаев). Возьмите JAR, возьмите любую марку натуральной парфюмерии. Чтоб до них дойти, нужно стоптать семь пар железных сапог, кто дошел того и тапочки. Да, сложные, но они не прыгнут случайно на вас с полки Летуаля, укоряя: “ой все-таки вы знаете недостаточно”. Максимум — могут разочаровать, что вот, посыл и путь сложный, а продукт расстроил, потому что не дотягивает до уровня семи стоптанных сапог. Бывает такое, и это грустно, правда.

Но мне кажется, что не надо делать какого-то особого культа для избранных на ровном месте. Хотим научиться различать цвета — смотрим на цвета (время, внимание, все равно нужно). Хотим научиться различать ароматы — нюхаем. Хотим научиться разбираться в вине — пьем и нюхаем.

Как лицо частное и желающее таковым остаться, могу сказать, что меня, взрослую читательницу, очень бесят заходы “учимся правильно надевать носки, не повреждая кожу ног”. И от пассажей про то, что вот ты, аудитория, конечно, так себе, грязненькая и необразованная, но мы научим правильно мыть голову и расскажем, какие духи в этом сезоне одобрены экспертами, а там, глядишь, мама придет и по голове погладит, если будешь себя вести хорошо — ощущение, что снова в детском саду очутилась, только ноги из кроватки торчат немного.
И если у нас взрослая аудитория, то, мне думается, очень хорошее дело — относиться к ней как к взрослой. И тут важны интонации, риторика, окружение и прочее.

Хотя я понимаю боль обычного человека: тысячи новинок в год, что выбрать не разбираясь вообще — непонятно. Опять же, правила — они облегчают жизнь и экономят глюкозу. И тут я не ерничаю, правда экономят, есть дресскод — все ясно, нет — нууу снова думай сам. Вот раньше было: утром одеколон вечером стулья, то есть восток и цветы, и еще советы из журнала Работница про то что брюнеткам носить гвоздику, а блондинкам резеду и нарцисс. А сейчас выходит, что правила отменили, думай сам, и значит, потребление — это отдельная работа, а не просто “достал и носи”. Хочется простоты и ясности, а их не очень много. И еще хочется быть правильным, не выглядеть дураком, это нормальное желание, мне кажется. И получаем вместо радости тонну фрустраций. Особенно если подогревать ее: “обычный человек не справится без дополнительных знаний”.

Справится. И растущие продажи парфюм.продукции об этом говорят нам вполне ясно: люди справляются. Да, без знаний о том что в базе духов кашмеран. Золотое правило — доза “слышно с дистанции поцелуя”, все.

Я бы хотела жить в мире, в котором бренды и медиа не играют на чувстве вины, не сравнивают “обыкновенных людей” с “необыкновенными”, не манипулируют и принимают возможность жизни с другими приоритетами. Тогда, кстати, и на вопросы отвечать легче.

Чего хочет “обычный человек”, зачем ему ольфакторная грамотность впилась? Разные же стратегии для разных случаев.
Но в целом самый общий совет — нюхать все что под нос попадет и понимать, что радует.

Подборку своих лонгридов про то, куда и как включить голову, если включить ее захотелось, сделаю следующим постом)

Где ты, единственный

«Бесконечно нюхаю парфюмы в поисках того самого, единственного.» — частенько вижу этот лейтмотив и накопилось, хочу написать что думаю.

Возглашаю с табуретки: завязывайте искать «свою единственную половинку» в мире духов!  Духи — они не за этим, они не предполагают соединения с вами по принципу платоновских половинок (и еще вопрос, есть ли эти платоновские половинке в мире людей. Но в мире духов — точно нет, инфа 100%)

Более того. Подходя к выбору, дегустации и осознанию запахов с меркой «мое-не мое» вы очень много упускаете, в том числе возможность найти и опознать «свое» — парадокс!

Сейчас попробую объяснить.

Знакомство с новым запахом — это приключение, игра, флирт, и еще сложный когнтитивный процесс. Это узнавание не только аромата, но и себя: своих реакций, чувств. Что вам нравится, что нет, а что такое интересное но пока непонятное, «на вырост».

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Чаще всего  подход «Ищу тот самый»  порождает массу ненужного напряжения, которое мешает распознать всякие сложные чувства, которые могут привести к долгой любви.

Вы прям берете аромат за грудки и вопрошаете: «Ну что, мое или нет? Тот самый или нет?»  И если хоть немножечко «нет» — все, в помойку, мир снова подсунул вам не конфетку а ерунду, бегом дальше. А до идеала дотянуться невозможно, в первую очередь потому, что идеала этого в глаза никто не видел, это может быть «вот в детстве были такие духи у мамы», может «как этот но не такой сладкий», может быть «сирень с крыжовником» простигосподи.  Никто не думает конкретно чем пахнет, просто знает, что есть вот эта сияющая недоступная вершина, ищу ее. И ничто другое не стоит внимания.

А раз не стоит внимания — то, на самом деле, ВСЕ проходит мимо вашего внимания. Понимаете?

Например.
Женщина (простите мне этот гендерный демарш, но не могу не проэксплуатировать этот штамп и расхожий сюжет) ищет единственного. Не аромат, а человека, половинку, мужа, того-самого, идеал.

И если эта страсть является давлеющей, а критерии идеала не слишком четкие, то сюжеты взаимоотношений с людьми становятся до скуки однообразными.
«Так, этот недостаточно высокий, мимо; Так, этот футбол смотрит, сразу мимо; Так, это вообще не того пола/гендера человек, мимо; Так, этот с бородой, совсем мимо…»

И мимо проходят те, кто мог бы стать хорошим другом, соратницей, коллегой, любовником, в конце концов. Просто потому что «не тот, не единственный».
Итого: нет любимой работы, хобби, друзей, ну и единственного тоже, весь пар ушел в гудок.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Взять аромат и растерзать его запросом: «Вы мне скажите только: что я — жена вам или нет«.
Ну правда, зачем так радикально?
Есть столько разных форматов отношений с ароматами: «друг на черный день», «муж на час», «цыгане и медведи во флаконе, а теперь скрипку сюда, наливааай», да что угодно. Зачем искать _единственного_ и сужать свое ольфакторное поле до одного, если можно выбрать много?

Тем более никакие строгие моральные нормы не ограничивают пользование духами (ладно, тут я махнула. Протестантская трудовая этика — мощная штука, везде дотянулась, но там лучше и одного не иметь, все это глупости и баловство) и уж точно не требует, чтоб аромат был один на всю жизнь, долго и счастливо и вот это все.

Потому что потом будет что — один будто бы найденный покажется «не таким» (все ж знают кругом одни подделки, бодяжат прям в  даже в тех флаконах которые у вас в шкафах, шаманство и магия) и начинай сначала, где найти снятость везде фейки. Или и того хуже, «тот» тот же, но вы-то изменились, аромат не так нравится _но надо_, итог: скука, разочарование, фрустрация.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Жить сразу со всеми любимыми людьми может быть сложно, да что там, невозможно. А вот духов у вас может быть сколько угодно, сколько сможете купить.

Какую стратегию рекомендую как менее фрустрирующую: ищите любимые ноты, любимые конструкции, любимых «носов», составляйте списки, нюхайте по системе «мне нравится этот с сандалом, что у нас тут еще с сандалом». Исследуйте. Флиртуйте) Обменивайтесь впечатлениями и пробирками, и все будет: новые знакомства ольфакторные и не только, впечатления, ну и любви будет больше: осуществленной и проявленной.

 

Три минуты тишины

А мы стоим и курим,- мы должны
Услышать три минуты тишины.
Молчат во всех морях все корабли,
Молчат морские станции земли,
И ты ключом, приятель, не стучи,-
Ты эти три минуты помолчи.

— эту песню Визбора я помню с детства. Знаете, так бывает привычными вещами, мы проигрываем их в голове, наблюдаем картинки, и не думаем что там хотел сказать автор. До последнего времени картинки у меня в голове были такие – двое курят, перерыв в непростой работе, даже чувак с гаечным ключом не стучит в стенку. (зачем? Зачем ему стучать? Я не знаю, но у вас же были соседи которые ремонт делают. Чем они стучат и как, и почему в шесть утра, почему в полночь, это же из области тайн мироздания, ну вот так и с тем ключом). Потому что три минуты молча покурить – это святое, это даже черт с ключом должен понять.

Как я хохотала, когда прочитала текст глазами и у меня сошлись кусочки мозаики! Забавно, что случилось это когда я прочла книгу Пенмана «Осознанная медитация. Практическое пособие по снятию боли и стресса». Одна из моих любимых методик оттуда – трехминутная медитация – передышка. Она совсем простая, ее можно выполнять в любом месте и в любое время (если вы не ведете машину или что-то такое, конечно). Она возвращает в тело, позволяет расслабиться, перераспределить акценты и освежиться.

Я начала практиковать регулярно и мне страшно понравилось. Очень быстро я как-то в тему вспомнила это «Мы стоим и курим мы должны услышать три минуты тишины», спохватилась, что не помню конец, ну а дальше уж и стало понятно, что песня не про священный перерыв курильщика: может где и пожар или наводнение, но пока трехминутный перерыв – стоим курим и никто никуда не стучит. Надо же, гаечный ключ! Конечно, речь там про морские 3 минуты тишины» — периоды радиомолчания, во время которых радисты прослушивали эфир в поисках сигнала SOS.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

На флоте, когда был распространен сигнал SOS, в сутках было четыре периода радиомолчания: все передачи на всех частотах прерывались, чтобы можно было услышать возможные сигналы бедствия, подаваемые слабенькими аварийными радиостанциями. Пишут, что сейчас уже трех минут тишины как общей практики нет, поскольку сигналы принимают спутники, а не живые радисты.

Но живым людям, мне кажется, такая практика сейчас могла бы быть очень полезной. Ведь вокруг столько сигналов, которые перекрывают слабые стуки «SOS, эй, пора обедать», «SOS встань с кресла и ликвидируй застой крови в малом тазу», «SOS в последний раз ты пил пять часов назад». А в фейсбуке кто-то неправ, куда почта дела посылку, и как совместить сто планов, в общем, не до попить-поесть и подышать. Что, понятное дело, не улучшает положения дел, кислородную маску на себя – первая заповедь в любой ситуации, и вот трехминутная медитация Пенмана – как раз такая маска. Она дает нам минуту тишины и возможность услышать себя.

Трехминутная медитация прекрасна, если мы вдруг неглубоко погрузились в тоску, страх или неприятные воспоминания. Пенман рекомендует выполнять ее минимум дважды в день, мне кажется, это хорошее начало. Она же может служить отличной экстренной помощью в тяжелых ситуациях, но, мне кажется, это уже для опытных пользователей.

Подробное руководство можно почитать здесь.

Один из моментов – сосредоточение на дыхании. Иногда, когда мне было трудно сосредоточиться – я использовала натуральные экстракты — они великолепно возвращают в «здесь и сейчас», и вдыхать с ними, быть с дыханием и быть дыханием – легко и приятно. Хорошая палочка-выручалочка, как мне кажется. Тем более медитация и ароматы традиционно связаны. Фокус тут в том, чтобы дышать, а не нюхать.

Примерно год назад я в инстаграме начала выкладывать картинки под #threeminutesilence #три_минуты_тишины Мои не-духи и вообще работа с ароматами во многом про это, про возвращение к телу, к моменту, к осознанию текущего сквозь нас времени. Так что буду делиться дальше, надеюсь, мои окна в тишину откроются и для вас, и ароматические и визуальные.

Сыр реально из носков)

Я говорила, что сфера ольфакторного начинает захватывать территории! И процесс-то идет полным ходом.
Была «парфюмерия чтобы хорошо пахнуть», потом «парфюмерия чтобы пахнуть не как все», была ароматерапия, появляется и ольфакторное искусство, ну и вот, конечно, есть контемпорари (вспомним хоть Питера де Купера)
А вот еще более широкое, и близкое мне понимание ольфакторных областей деятельности от Сиссель Толаас  — за ссылку огромное спасибо Евгению Кобзеву!!
«Часть моих работ демонстрируется в качестве произведений искусства, другие — как научные проекты, что‑то ещё я делаю для коммерческого использования. Я не имею никакого отношения к людям, которые создают запахи, называя это парфюмерией или искусством. Возможно, будучи первопроходцем в этой сфере, я отчасти в ответе за то, что так много людей вовлечены сейчас в деятельность по созданию новых запахов. Уже есть доступные ингредиенты и технологии, каждый может завести себе студию и смешивать там масла для получения нового опыта. Ничего не имею против, пожалуйста. Однако я надеюсь, что моя деятельность не имеет к этому никакого отношения.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

…..
Изучение запахов связано с лингвистикой, нейрофизиологией, биологией и психологией. Меня больше интересуют эти пласты, и поэтому я могу утверждать, что я не парфюмер.»
Сиссель химик, некоторые ее работы позиционируются как контемпорари арт, некоторые — как исследования в области органический химии. Она она делала сыр с запахом кроссовок Дэвида Бекхэма, потом Илона Маска и слезами Олафура Элиассона (это был проект о том, что вообще значит — иметь тело, по-моему это довольно сильный ход), создавала ольфакторные образы стран, и она — коллекционер запахов.
«В большинстве случаев мы рождаемся с одинаковыми органами чувств и предпосылками для развития. На начальном этапе развития мы все поставлены в равные условия. Вся информация, которую мы получаем о мире, добывается органами чувств, и в детстве мы активно используем их все. Наша исследовательская деятельность тогда наполнена радостью и игрой. Этот период жизни остаётся с нами до самой смерти. Именно к этому состоянию я и пытаюсь вернуть человека в своём проекте — к постижению мира посредством эмоций, к игре с ними, в которой мы отчаянно нуждаемся. К игре, которая и есть счастье.
Сейчас всё завязано на материальные блага — это пугает, а между тем наши органы чувств работают бесплатно, это та роскошь, которая есть у всех. Наоборот, другие пытаются воспроизвести то, что у нас и так есть. Все нынешние технологии распознавания запахов пока не могут превзойти то, что каждый человек в состоянии почувствовать и уловить сам. Поэтому нам надо скорее браться за ум.

Одна из самых больших проблем нашего времени — это отчуждение от собственного тела и ощущение неудовлетворённости, спровоцированное этим отчуждением. Всё человечество рождается с одними и теми же органами чувств. Однако есть культуры, которые умеют описывать запахи и их восприятие. Западная же культура этого не умеет. Мы целиком сосредоточены на том, как всё вокруг выглядит, а остальные органы чувств у нас в загоне. Даже когда вы целуетесь, вы занимаетесь познанием мира, и не передать, сколько всего способно дать человечеству внимание к запахам. На мой взгляд, огромный потенциал кроется именно в частном, дружеском обсуждении, например, запахов города вместо его внешнего вида и, кстати говоря, вместо того чтобы описывать свои впечатления от искусственно созданной парфюмерии. Когда вы входите в комнату, спросите себя, что здесь самое важное: свет, звук или запах? Попытайтесь описать запахи собственным, пусть несовершенным языком, и вы поразитесь тому, что станет итогом таких опытов. Не так уж это и сложно. По крайней мере, у меня получилось.»

Мне кажется это очень, очень хороший текст, по ссылке на сайт журнала Искусство  он весь целиком.

Цвет порея и запах лайма

В фб в записи про когнитивную архитектуру Юля задала замечательный вопрос: «, а чем «цвета фуксии» принципиально отличается от «как лайм» в отношении аромата?»

Это прекрасный вопрос, очень рада что кто-то так внимательно меня читает, потому что с первого взгляда ответ не очевиден.

На самом деле между «цветом фуксии» и «ароматом лаванды» том числе количественная разница. Для  запахов отвлеченных названий нет вообще, для цветов — все цвета радуги+черный, белый, серый, как минимум. То есть цвета имеют имена, не только только «как фуксия» и «как лайм».
Про «цвет фуксии» знают и те, кто фуксию в глаза не видел — представляют себе сразу плашку с цветом, или иной близкий пример. Не все знают как пахнет лаванда, зато почти все знают, что такое лавандовый цвет в совершенном отрыве от картинки «цветок лаванды». Когда мы говорим «лавандовый» — в уме, скорее всего, всплывает платье или интерьер в стиле прованс, а не цветок лаванды (который вообще не всплывет, если мы не видели его живьем). Лавандовый цвет окружает нас довольно уверенно без привязки к лаванде — тени, мороженое, постельное белье, платья-ткани, много всего. Он — часть нашей повседневности. Если совсем огрубить, то мысленный путь между тем цветом, который мы хотим определить до плашки (И СЛОВА) с цветом «фуксия» или «лавандовый» — короче, чем до изображения лаванды или фуксии (и слова). Фуксиевая помада — очень близка, а цветок — далеко.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

И раньше, до изобретения искусственных красителей, в языке (и, вероятно, в распознании цветов тоже) было все не так. Процитирую прекрасную книгу Пастуро «Зеленый. История цвета», в которой он исследует зеленый цвет:
«Я, со своей стороны, склонен думать, что, если в некоем социуме не встречается (либо крайне редко встречается) название определенного цвета, это объясняется тем, что данный цвет играет малозаметную роль в разных областях деятельности, в социальных связях, в религиозной жизни, в символике и в художественном творчестве. Проблемы цвета не сводятся к области биологии или нейробиологии, это в первую очередь проблемы социального и культурного свойства. Для историка цвет «создается» прежде всего обществом, а не природой или совместной работой зрительного аппарата и мозга. Древние греки, конечно же, прекрасно различали зеленый, но поводы к тому, чтобы обозначать этот цвет в письме, очевидно, были нечастыми и не очень важными. Зеленый цвет упоминался в повседневной устной речи, но редко фигурировал в письменной. Зато он, как и синий, присутствовал в живописи: сохранившиеся произведения искусства свидетельствуют о том, что художники изображали зеленый цвет начиная с древнейших эпох, причем использовали для этого большой набор пигментов (малахит, зеленые земли и даже искусственные зеленые красители на медной основе).»

Мне кажется, мы можем провести параллели между прогрессом в области создания искусственных цветов и искусственных запахов. Язык за этим не всегда быстро успевает. Но путь тот же самый: первоначально длинная цепочка становится короткой.

​​ (http://telegra.ph/file/40299cc417e3c28b5b406.jpg)Ведь изначально названия цветов (по-видимому, кроме красного, черного и белого) тоже извлекались из предметов, которые ими обладали. Вот пример с зеленым из той же книги: Пастуро пишет, что в древнегреческом (судя по письменным источникам) до некоторого времени не было слова, которое обозначал бы зеленый цвет.
«Только в эпоху эллинизма зеленый обретет яркость, и слово prasinos, прежде встречавшееся крайне редко, начнет играть в лексике все более и более заметную роль и даже соперничать с glaukos и chlorus. Этимологически прилагательное prasinos означает «цвета порея», однако начиная с III–II веков до нашей эры prasinos сплошь и рядом употребляется для обозначения всех насыщенных зеленых и в особенности темнозеленых тонов. Возможно, эти перемены происходят под влиянием латыни, которая, в отличие от греческого, не испытывает никаких трудностей, когда нужно подобрать название для зеленого.

…..В отличие от древнегреческого, латинский язык не испытывает ни малейших трудностей при обозначении зеленого. У него есть базовое понятие с обширной семантической и хроматической зоной действия: viridis. От этого слова произошли все названия зеленого в романских языках: французское vert, итальянское и испанское verde. Этимологически viridis относится к большому гнезду слов, которые связаны с представлением о силе, росте, жизни: virere (быть зеленым, быть сильным), vis (сила), vir (мужчина), ver (весна), virga (стебель, побег), а возможно, даже virtus (мужество, добродетель). В I веке до нашей эры энциклопедист Варрон, «ученейший из римлян», по словам его друга Цицерона, в своей истории латинского языка предлагает этимологию, которую подхватят ученые всех последующих эпох, не исключая и наши дни: «Viride est id quod habet vires» – «Зеленое есть то, что обладает мощью» (в буквальном переводе – «то, что имеет силы»).»
%Anna Zworykina  %art in a bottle

Таким образом, то, что началось с того же «указания на источник» с веками практики словоупотребления и, что немаловажно, употребления по отношению к «искусственным», созданным человеком цветам (Пастуро пишет как раз про пигменты, ткани, посуду), из «как порей» появилось «зеленый» (а семантическое поле осталось, как вы видите)
Так что теперь у нас нет проблем с тем чтобы считать зеленый цвет — просто зеленым цветом, «фуксию» равной «мандженте» и обе категории — абстрактными, а не привязанными жестко к цветку.

Но это долгий путь для языка и для когнитивной архитектуры мозга. Думаю, развитие искусственных методов получения новых одорантов и их распространение во все сферы жизни изменит наше сознание и наш язык. Ну или не наш, с наших потомков.
Но это, конечно, неточно.

Самый сексуальный аромат

Встретила в дружественном фб в обсуждении «конкретного бетона от КДГ» реплику и у меня полыхнуло.

» Я просто не понимаю, кому надо пахнуть заправкой? Что в этом сексуального? Или кому-то мерещится порно с автомехаником в комбинезоне на голое тело?»
Слушайте, что хочу сказать. (чувствительные, следующую строчку пропустите)

Отъебитесь уже от секса!!!

Ну сколько можно.
Неужели «быть сексуальной» — единственная причина для того, чтобы носить духи?
24/7 быть сексуальной? Как люди вообще это выносят (к семнадцатилетним вопросов нет, но им вообще жить тяжко)?
Пытаясь натянуть сову на глобус, люди всю жизнь разрывают себя на части, как будто все хотят стать бессмертными темными лордами и леди.
Вот есть потребности и желания  — в принципе, они насыщаются, такова их природа. Голоде – поел-сыт. Почувствовал любопытство-поработал(развлекся) – устал – отдыхай.
Но нет, это было бы слишком просто. В результате создается парадоксальная ситуация вечного голода, вечного неудовлетворения, при котором призрак секса, еды или эффективности маячит где-то вдали, и к нему пытаются дотянуться, как к той закрепленной перед носом осла морковке.
Мои мечты о мире розовых пони: мир, в котором можно сексуально заняться сексом, поспать, а потом поработать, думая о работе и поесть, думая о еде. Извините что отвлеклась.
Так вот.
Конечно, конкретный бетон носят не потому что это оч сексуальный запах. Вообще какие это КДГ можно носить «потому что это сексуально»? Ну разве ладаны, и это типичное такое «от противного».
Вообще удивительно, конечно – насколько уже тема секса в духах навязла в зубах. Но для многих она по-прежнему свежа как утренняя роза. Как все неоднородно в этом мире.

%Anna Zworykina  %art in a bottle
(ps а что плохого в автомеханиках? Слишком банально? Это для человека-то, который носит духи чтоб быть сексуальной???)
PPS ничего плохого в том чтобы модулировать сексуальность с помощью запахов тоже нет, это нормально, прекрасно и правильно, но странно и, главное, скучно, все истории, в которых может играть аромат, сводить к одной. Как будто жизнь сводится только к сексу и больше в ней нет ваще ничего, вакуум, черная дыра.

Revenge on Fragrantica

«Another very beautiful creation, how I love these fragrances! A sharp green bitterness in the top, predominantly wormwood with galbanum, cuts through the fragrance with a precision blade, an anger created of envy. Strong, masculine tobacco is noted, not listed but its there. Anna’s use of tobacco is both distinct and unique. Very light animalics with a strong sense of leather. A mellow, white cedar heart with ylang ylang and rose round out a creamy soft, powdery floral heart. There’s a beautiful smoky resinous accord, thats supple and soft. And the whole fragrance settles to a soft powdery floral with leathery nuances.
Like most of Anna’s perfumes its a story in a bottle. A striking contrast between a romantic notion of soft oriental florals, and a strong, masculine, tobacco leather finish. These ideal notions all divisively carved apart by a sharp, green bitterness that strikes an accord of jealousy. It’s the ultimate tale of a lovers tryst incited by revenge.»

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Panda0410 wrote about  my Revenge on Fragrantica)) BUY via Etsy, пробовать в Москве в Osmodeus_perfume_shop!

Эрнст Гомбрих История Искусства

Недавно купили великолепную книгу, хочу поделиться впечатлениями. Это многократно  (16 раз!!!) переизданная «История Искусства» Гомбриха.

Книга была задумана как руководство для новичков и юношества, и автор сделал на первый взгляд невозможное: свел в один очень логичный, простой и связный текст всю историю искусства с появления первых наскальных рисунков до модерна. В поздних послесловиях он и про постмодерн немного написал.

Написано просто великолепно, действительно очень доходчиво и увлекательно, но без лишних упрощений. Я получаю колоссальное удовольствие от чтения, и очень здорово все сделано с иллюстрациями, верстка хорошая. Вот как она начинается:

«Не существует на самом деле того, что величается искусством. Есть художники. В давние времена они, подобрав с земли кусочки красящих минералов, набрасывали в пещерах фигуры бизонов. В нагни дни люди этой породы покупают краски в магазинах и рисуют, например, плакаты, которые мы видим на стенах и заборах. Их руками создано и многое другое. Не будет ошибкой назвать все проявления такой деятельности искусством, но при этом следует отдавать себе отчет в том, что в разные времена и в разных странах это слово обозначало разные вещи и, стало быть, Искусства с заглавной буквы вообще не существует. Это понятие стало теперь то ли фетишем, то ли пугалом. Можно сразить художника приговором: «Ваше новое произведение весьма недурно в своем роде, но это — не Искусство». И можно обескуражить восхищенного зрителя, заявив: «То, что вам нравится в этой картине, имеет отношение к чему угодно, но только не к Искусству».

Я прихожу к заключению, что мотивы, по которым человек получает удовольствие от картины или статуи, не могут быть ложными. Кому-то нравится пейзаж просто потому, что он напоминает ему о родном доме, другому пришелся по душе портрет, потому что модель похожа на его друга. В этом нет ничего зазорного. Рассматривая живописное произведение, мы непременно припоминаем множество вещей, отсюда и выводится наше «нравится — не нравится». Любые ассоциации, помогающие наслаждаться искусством, вполне правомерны. И только в том случае, когда неуместное воспоминание вызывает предубежденность, когда мы инстинктивно отворачиваемся, например, от великолепного альпийского пейзажа только потому, что страшимся карабкаться по горам, следует спросить себя о причине, препятствующей удовольствию. Ложные мотивы действительно присутствуют в неприятии художественного произведения.»

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Читать, что умный человек пишет о том, что такое вообще искусство — большая удача для меня. Поделюсь еще парой цитат:

«Не будем забывать: все, что мы видим в картине, определено волей ее автора. Надо полагать, художник долго обдумывал свой замысел, многократно менял композицию, сомневался, переместить ли дерево на задний план или заново переписать его, радовался каждому удачному мазку, от которого вдруг засияло освещенное солнцем облако; какие-то фигуры он ввел неохотно, уступая настояниям заказчика. Картины и статуи, которые сейчас выстраиваются вдоль музейных залов, по большей части не создавались для показа в качестве Искусства. Они возникали по определенному поводу, для достижения определенных целей, и, принимаясь за работу, художник не упускал их из виду.»

«Людей, слишком озабоченных цветами, одеждой или кулинарией, называют суетными, ибо в нашем представлении такие вещи не заслуживают особого внимания. Но те самые побуждения, которые в обыденной жизни подавляются или скрываются как неуместные, в искусстве вступают в свои права. Художнику всегда приходится «суетиться», даже изощряться в поисках формальных и цветовых сочетаний. Он видит тончайшие различия тонов и фактур, не доступные нашему глазу. Более того, решаемые им проблемы бесконечно сложнее тех, что возникают в повседневной жизни. Он имеет дело не с двумя-тремя, а с множеством, с сотнями форм и цветов, которые ему нужно свести на холсте так, чтобы они выглядели «верно». Может случиться, что зеленое пятно приобретет желтизну из-за близкого соседства с ярко-синим — и тогда, из-за одного фальшивого тона, все пропало, нужно все переделывать. Художник мучается такими проблемами, проводит над их решениями бессонные ночи, простаивает весь день перед полотном, то прикасаясь к нему кистью, то соскабливая нанесенные мазки. При этом мы с вами вряд ли заметили бы разницу. Но как только художнику удалось достичь задуманного, мы сразу видим, что здесь уже ничего нельзя изменить, теперь все «верно» — появился образец совершенства в нашем несовершенном мире.»

Ну и одно из моих любимых:

«В искусстве не может быть обязательных правил — ведь никогда нельзя знать заранее, какие задачи поставит перед собой художник. Он может намеренно включить в свою картину резкие, диссонирующие тона, если сочтет это необходимым. И поскольку правил нет, чаще всего оказывается невозможным объяснить на словах, почему то или иное произведение представляется нам выдающимся. Но это вовсе не значит, что все произведения равноценны; неверно и то, что о вкусах не стоит спорить. Такие споры обладают, как минимум, одним достоинством: они побуждают нас заново обращаться к обсуждаемым картинам, а чем больше мы смотрим, тем больше замечаем деталей, ранее ускользавших от нашего внимания. При этом развивается восприимчивость к разным типам зрительных гармоний, найденных художниками разных эпох. И чем выше наша способность к их восприятию, тем большее наслаждение мы получаем от искусства. А это и есть, в конечном итоге, самое главное. Старая пословица «о вкусах не спорят» по-своему верна, но она не должна затемнять того факта, что вкус можно развить. Вернемся еще раз к скромной области обыденного опыта. Человеку, не привыкшему пить чай, все его сорта кажутся одинаковыми. Но имея на то желание, время и средства, он может испробовать самые изысканные его разновидности и стать настоящим знатоком, точно определяющим свои предпочтения. Его возросший опыт усиливает удовольствие от употребления избранных сортов.»

В конце книги огромный список литературы, удобный хронологические таблицы и всякое другое, облегчающее восприятие этого «всего обо всем». Очень очень рекомендую вообще всем, кто задумывался о том, что ж за зверь это искусство, как запомнить чем отличается кватроче́нто от чинквеченто и что в это время делали на северах )))

А у вас были интересные книжные находки в последнее время?

Клеопатра не при чем

Натуральная парфюмерия — часть великой американской культуры. И американской традиции делать новое и интересное из старого-забытого.
С одной стороны, с начала зарождения парфюмерии и до конца XIX века натуральные вещества служили единственными составляющими в производстве духов. Так что вся парфюмерия была, если называть ее сегодняшним именем, натуральной.
С другой — само представление о том что такое «парфюмерия», конечно, сформировалось в 20 веке, когда на коне были синтетические душистые вещества.
Одной из первых книг, связанных с современной, иначе говоря, возрожденной натуральной парфюмерией, была «Create Your Own Aromatherapy Perfumes: Enchanting Blends for Body and Home (Piatkus Press, 1995)» Chrissie Wildwood. В ней речь в основном шла про эфирные масла, но, тем не менее, книга посвящена именно созданию ароматических композиций.
%Anna Zworykina  %art in a bottle
Но реальным прорывом стала книга Аманды Афтель Essence and Alchemy: A Book of Perfume (North Point Press), которая вышла в 2001 году. Многие ароматерапевты, прочтя эту книгу, осознали, что именно натуральной парфюмерией они занимались, составляя дух на основе эфирных масел, и стали создавать группы, движения, сайты и сообщества, посвященные натуральной парфюмерии. Следом за этой первой книгой Афтель выпустила несколько других, но начало — именно здесь. Именно Афтель называют пионером натуральной парфюмерии, этой микро-ниши, и именно она решилась вслух сказать: «Да, я делаю прекрасное, отдаю дань эстетике и называю это ДУХИ из тех материалов, которые уже лет 50 продавали только в аптеках». Это переворот не только в подходе к созданию духов, это новый способ думать о том, что такое парфюмерия. Какой смысл можно в нее вкладывать, с каким посланием носить и дарить. (я писала о ее духах по тэгу Aftelier)
%Anna Zworykina  %art in a bottle
И конечно, именно Штаты — родина натуральной парфюмерии, если посмотреть глобально. Посчитайте, сколько натуральнопарфюмерных домов в Европе (сколько? Пять? Я и пяти не знаю) и сколько в Америке. Рынок!
Кстати, с крафтовым пивоварением та же история. Где родина крафтового пива? Правильно, США. Ан масс народ там пьет, как и везде, «евролагер», но именно там любители, которые варят необычное и странно пиво, смогли завести мелкие (и легальные) производства, что, в конечном итоге, повлияло на рынок в целом. А через пару десятков лет за штатами подтянулась Европа со своими живыми и богатейшими (без иронии) пивными традициями. Через 30 — Россия)
Так что именно натуральная парфюмерия, безусловно, возникла как явление именно в 21 веке в Америке. А то много есть любителей выводить натуральную парфюмерию прямиком от Клеопатры.
Между тем, к «Клеопатре» куда ближе нормальная ниша, с ее любовью выводить традицию из версальских коридоров, сундуков, найденных в море и прочими легендами.
Современная натуральная парфюмерия основана на высоких технологиях, экстракциях, развитии торговли, культурного обмена между странами и интернете. Сделанные вручную тинктуры цветов из сада соседствуют с новейшим со2 экстрактом экзотических лиан и с новозеландской абмрой, заказанной через сеть.
Это совершенно новое направление, оно — из мира постмодерна, и это совершенно очевидно, если задуматься хоть на минуту.

 

Slow perfume

Героиня одной книги, успешный юрист, закрутившаяся в рабочей карусели до мелькания картинок перед глазами, признавалась, что научилась получать оргазм за 6 минут- именно столько они с бойфрендом-коллегой могли отвести  «на секс» в расписании. Понятно, что да, можно и за 6 минут. Но расценивать именно такое «удовлетворение» как повсеместную норму жизни я бы не хотела, а хотела бы наоборот, по возможности создавать альтернативу таким нормам. Slow life,  slow perfume. Sloooww. Меня часто спрашивают, почему я не бываю на больших ярмарках и так далее. Отвечаю: потому что считаю этот формат неудачным для натуральной парфюмерии. Я не хочу быстро и на бегу, хочу медленно, и духи мои скорее для медленного взаимодействия.

В faq о натуральной парфюмерии, помимо информации об алергенности ингредиентов, способности духов окрасить одежду и кожу, я всегда обязательно пишу и пункт о медленном и спокойном знакомстве: Как правильно знакомиться с натуральной парфюмерией: минимизация рисков.

%Anna Zworykina  %art in a bottleВ принципе знакомство с человеком и знакомство с ароматом — так, чтобы это было комфортно и интересно — как мне кажется, лучше идет в приятной, неспешной обстановке. «Профессионалы могут за час оценить до 50 композиций» — ок, пожалуйста, но ситуация профессиональной оценки и ситуация личного знакомства с ароматом — принципиально разные.

Натуральная парфюмерия — штука, сложная для восприятия, сложнее чем синтетические композиции. НЕТ, она не лучше, она сложнее для восприятия. Она _требует_ замедления, смены фокуса, момента внутренней тишины. Без них она — грязные разводы на холсте.

Многие пишут что в натуральных духах не выходит работать — да, именно поэтому. Они требуют начального замедления и замедляют дальше, погружают не в рабочие задачи, а в ткань самой жизни.

Натуральные духи дают доступ к внутренним ресурсам — в том случае, если этот уровень не на нулевой отметке. Можно закупить тонну утеплителя, но если нет дома, который им можно утеплить — будет гора мусора, минус деньги и прежний холод.

Вот, например, отзыв от Kate Skalecka : «Духи Анны — мой первый опыт общения с натуральной парфюмерией. Их природа отличается от не-только натуральных, к этому нужно быть готовым 🙂
1. Духи живые. По-другому не формулируется. Аромат то слабеет, то усиливается в течение дня, и проступают разные ноты.
2. Они обнимаются 🙂 ложатся на кожу, переплетаются с носителем. Не было ни одних, которые бы были «духи отдельно, я отдельно». С не-только-натуральной парфюмерией такое бывало.
3. Деликатные и живые существа 🙂 духи ложатся близко к коже, не пахнут на пол-улицы.
4. Каждый аромат — путешествие, история, которая вплетается в твой день.
5. Когда наношу их, чувствую другое качество внимания и степень присутствия в моменте. Дают опору, что-ли. еще разбираюсь с этим ощущением :)»

Живому нужно внимание. На это нужно время, силы, желание. Духи могут подарить именно другое качество внимания, заземление, ощущение «здесь и сейчас». Но оно не появится по мановению волшебной палочки. Натуральные духи не погрузят вас в медитацию, если вы пшикнули на блоттер в толпе в торговом центре, где мигают огни и бьет по ушам музыка. Так зачем знакомиться с ними так?

Знаете, никто не заваривает хороший китайский чай посреди огромного супермаркета за стойкой а-ля «пробуем новый майонез»! Это другая история: для хорошего чая нужна тишина, спокойствие, небольшая компания и настроение различать нюансы. Для хороших натуральных духов — тоже.  Так я думаю.

Фестивальный чай

Очень приятно получить похвалу фестивальному аромату. Я его выбрала именно ха эту вот красоту, хотя он не вполне классический одеколон — и понимаю, что выбрала не зря!

Пишет о моем Gynger Jasmine tea страстная любительница чая Yana Wu:  «Я плачу опять. Простите, это такое мое единственное проявление к прекрасному, по другому не могу. Это так точно, так натурально, все как в жизни, я делала такой чай постоянно , когда болела…, но в нем не было жасмина, а у тебя есть и не простой. Мой любимый, храмовый индийский аттар. Животные, золотые цветы…, индуистский храм, куда я лезла на скалу через 272 ступеньки с веночком жасмина в руках, прорываясь сквозь полчища обезьян, которые пытались его отобрать. Аня, нет слов как это прекрасно! Это и чай, и жасминовый, и первый раз имбирь тот который нужен, и цитрусы шикарные, на мне не цедра, что удивительно, а именно мякоть, респект и уважуха!»

%Anna Zworykina  %art in a bottleА вот отзыв от коллеги, пишет Виталий Мостовой «Ууух! Дыхание перехватило от заряда искрящегося имбирного фейерверка! Предупреждать же надо)) На самом деле это тот случай, когда аромат не оставляет никаких шансов и сомнений моему внутреннему скептику – да, это именно чай, тот самый, который ты с наслаждением прихлебываешь из обжигающе горячей чашки. Это тот самый чай, который разгонит кровь по жилам, придаст бодрости и сил! Ассоциация – я на зимнем горном курорте, несколько раз одолел трассу с крутыми спусками, взмок, немного замерз и решил отогреться в шале за чашкой имбирного чая, с добавками. Имбирь и перец здесь играют партию для тех, кто любит погорячее – и как гармонично играют! Как это возможно? Я всерьез задумался о возможностях этих компонентов, то, что автору удалось так красиво вписать их в аромат, восхищает. В то же время это не соло – жасмин, чампака, бензоин благородно и ненавязчиво оттеняют и укрощают строптивые пряные ноты. Аромат – мастхэв в коллекции любого ценителя парфюмерии, по крайней мере, для меня.»

И комплименты от Yulia Goncharenko: «Лето. Время близится к полудню. В воздухе разлиты ленность и покой. Жара ещё не давит, но её приближение неминуемо. Неспеша натереть лаймовую цедру, к ярким, искрящимся нотам её добавить сок лимона, налить сиропу — непременно из имбиря, настоянного на тростниковом сахаре, — и залить заваренным ранее, прохладным чаем. Уйти в тень и отдаться лени. Пить медленно, небольшими глотками, вдыхая и смакуя каждый, чувствуя, как слегка обжигает имбирь, как обволакивает сахар, как щекочут цитрусы. Когда в чашке останется совсем немного, влить туда ледяного чаю с жасмином — холодным, дерзким. И снова скорее дышать, чем пить, и наблюдать, как, нагреваясь на солнце, строгие белые цветы из Грасса сменяются тёплым благоуханием самбака. Удивительная вещь. Если бы нужно было описать аромат одним словом, этим словом была бы гармония. Хочется дышать, и дышать, и дышать, покуда хватит сил.»

Creamy Sandal — аромат из добрых сказок Астрид Линдгрен.

Appolo пишет про мой Creamy Sandal из лимитированной коллекции: «Этот аромат из добрых сказок Астрид Линдгрен. Вот сидишь ты себе в уютном домике на крыше, ну или в еще более уютном домике Муми троллей; на работу, понятное дело, не надо, и вот, сидишь ты с ногами в плюшевом кресле, хрустишь свежими вафлями с ореховой начинкой, а в большой глиняной кружке теплый ароматный напиток со сливочной пенкой — то ли кофе со щепоткой душистых специй, то ли какао, то ли цикорий, то ли все вместе)).
Замечательный, очень добрый аромат. Если My vanilla и Кофе и шоколад кажутся вам жестковатыми, то попробуйте этот аромат — он очень мягкий, но примерно в этом же ключе. И да, он очень деликатный, сухой, без липкости.»

%Anna Zworykina  %art in a bottleМежду прочим, по нынешней погоде он просто идеален! Лимитированную коллекцию «Радости на любой вкус», в составе которой есть Venus in Fur   можно купить тут!