Пирамиды и когнитивная архитектура

«Я слышу тут туберозу!»
«Здесь нет туберозы, вы что, читать не умеете?»
«А я не туберозу а гардению, наверное, у меня совсем нос плохой»
«А в пирамидке с французского сайта там молочные нотки…»
«Совсем с ума посходили, молоко льют во флаконы а потом удивляются, почему нестойко все»

Наблюдала наблюдала я баталии и накопила слов на лонгрид.
Уложив в голове системную сложность восприятия и распознавания ароматов, которая коренится в нашем языке и в самой когнитивной архитектуре мозга, становится понятно, почему такие существуют жаркие баталии и такая путаница в описаниях духов, официальных и не только.

Понятно, что «пирамида» или «состав аромата» — это подсказка, и подсказка часто ну такая, немного взятая с потолка, но какой ей еще быть. Сами посудите: если бы у нас были слова, обозначающие непосредственные ольфакторные ощущения, такие, как есть для цветов, например, было бы сложнее запутать людей. Как про одежду пишут: «Черное платье, артикул такой-то». Поверх «черного» можно навертеть сколько угодно метафор и описаний, что это «теплый черный», «холодный черный», «праздничный черный», «таинственный, как черная дыра черный» и «черный как галочьи перья», но все-таки это черный, и никогда за черный не сойдет, скажем, синий или коричневый.
Хотя что там, бывают, конечно, что очень темно-синий называют темно синим, а многие (хотела написать «многие комментаторы фрагрантики») возмущаются что какой же это темно-синий, когда это черный. Так что когда доходит до нюансов — сложности есть везде. Но с цветами все-таки проще, есть доступные каждому шкалы с названиями, есть пантоны и проч, довольно легко сличить одно с другим и спорить уже о бесконечном разнообразии оттенков черного цвета на понятном языке (зеленый или красный отлив, глубина, интенсивность и тд)
Итак, вернемся к моим баранам: к языку и способам описания ольфакторных ощущений, для которых нет специальных слов, если вы не говорите на языка Джихаи или Мани. Если нет специальных слов, что мы можем взять вместо?
1) Указание на источник, как будто бы похожий (пахнет как рассол)
2) Крос-модальная метафора (тяжелый, душный, красный запах)
3) Привлечение сценария, что близко к пункту два, но часто заводит далеко, например, как говорит Матвей «Пахнет как будто 83-й год, я в первый раз в Геленджике, на мне платье из ситчика набивного и тут такая ещё чайка слева пролетела, холодно так довольно, но купаться можно»

Как вы видите, в официальных релизах и описаниях используются все три пути:
1) пирамидка as is (типа пахнет как роза, лимон, кориандр)
2) Солнечный и радостный (солнечный свет кочует и в пирамиду тоже)
3) Сюжетные указания, портреты Джоли на постерах, рекомендации «для человека который… уверен в себе/тигрица-эротическаяптица/покоряет мир/ нужное подставить»

Так что смутность, романтика и переменная облачность маркетинговых описаний — следствие не только желания запудрить покупателям мозги (хотя этот мотив тоже всегда лежит в основе любой рекламы, что уж), это следствия языка.

У нас нет другого языка и другой возможности говорить о запахах, только «зеленый», только «как лайм», только «как будто ветром раздуло занавеску».

Кто-то, возможно, был бы счастлив написать «я сделал запах такой: лиллпит, муйдос, итпэт»(наугад взяла примерную транскрипцию описательных прилагательных для запаха из языка джихаи, это как если бы мы сказали про платье: это платье цвета фуксии с белым воротничком — все же ясно, да?). Но если вдруг кто и хочет — он просто не может, мы не можем не то что сказать так, мы и подумать не можем. Так что не то чтобы кругом все злонамеренные обманщики, многие маркетологи do their best но просто вот так вот это best выглядит в нашем лексическо-ольфакторном поле. Ну вот на картинке тоже есть все: и сюжет, и отсылка к «источнику запаха свежести» и метафоры.

Так что даже пирамида и «состав аромата» — почти в 100% случаев это «указание на похожий источник запаха» а не железобетонное определение, и оно не является высеченной на алмазной плите истиной.
%Anna Zworykina  %art in a bottle

про «почти 100% случаев» я написала, потому что, например, в натуральной парфюмерии как раз можно честно выдать формулу, и она будет состоять не из непонятных рядовому человеку «евгенол» «цис-3-гексанол» а будто бы из прозрачных и понятных «тубероза», «лист фиалки», «пачули», но на самом деле проблема останется, потому что
а) я могу сделать гардению из туберозы и франджипани, и будет пахнуть похоже на гардению, а «гардении» в составе не будет,
б) можно положить в аромат «абсолют липы» а липой пахнуть не будет и близко (потому что абсолют не пахнет липой, такая вот засада) и тд,
Так что при кажущейся прозрачности даже и тут не все так просто.

Ну и дополнение про «пирамиду» к сказанному выше.
Лучше всего по полочкам, как обычно, разложил Матвей Юдов (https://goo.gl/RKjBfN)
В принципе всю статью можно процитировать целиком, она вся золотая, и ее нужно прикладывать вместо подорожника к ранам, оставшимся от сетевых баталий «Но там НЕТ КОЖИ — НЕТ ЕСТЬ У ВАС НОСА НЕТ». Серьезно, мне кажется, если ее выучит наизусть, то может градус внутреннего напряжения слегка спадет, у кого он есть. И я все-таки выбрала два небольших кусочка и процитирую их:
Раз — «Многие склонны воспринимать перечисление нот аромата как нечто незыблемое и абсолютное, порой даже как реальный состав, рецепт, ингредиенты. Некоторых даже можно убедить в том, что Кашемировые Деревья для аромата были доставлены прямым рейсом из Лимпопо, а «солнечные ноты» были пойманы во флакон при помощи хитроумной системы линз, разработанной ведущими британскими учёными. Но всё-таки большинство людей понимают, что пирамиды и ноты – это некая подсказка, созданная для того, чтобы нам было проще сориентроваться».

Два — «Предположим, среди нот аромата указана роза. Какие выводы из этого можно сделать и что это может значить на самом деле? Для формирования ноты розы в аромате может быть использован некий природный материал – эфирное масло, аттар, конкрет или абсолют; в мире десятки производителей — натуральные розовые материалы производят в Болгарии, Крыму, Франции, Турции, Марокко и других местах. Это также может быть реконструкция масла или парфюмерная база – разнообразные варианты семейств Cetylia, Damascenia, Dorinia и Wardia производства компнии Firmenich, материалы Attarose, Lorena, Phenoxaflor, Rosalide, Rosessence и другие. Как вы понимаете, все они отличаются по запаху, иначе не было бы никакого смысла создавать такое количество одинаковых по сути материалов. За «нотой» розы может скрываться одно из десятков синтетических веществ, обладающих розовым аспектом в ольфакторном профиле (например, фенилэтиловый спирт), либо любая их комбинация. Так какая роза имеется в виду – нежные прозрачные и водянистые лепестки чайной розы или аттар в восточном стиле, который может вызвать ожог слизистой при неосторожном обращении?»

Снова веду к тому, что даже «честные описания пирамиды» (которые без солнечных нот) — это все равно описание=обходной путь, из-за системной проблемы языка. У нас нет конкретных слов и измерительных шкал для запахов (для цветов, например- есть), запах точнее всего проанализирует и разложит на циферки хроматограф, но людям от этого пользы никакой не будет.
Потому что мы, живые люди — не хроматографы, и наше «мне пахнет так-то» — это не «молекулы попали на рецепоторы нуивот» (потому что тогда у всех формировался бы одинаковый образ запаха, а мы знаем, что этого не происходит) — это результат сложного взаимодействия электрических импульсов, уже существующей когнитивной архитектуры, и имеющейся базы для сравнений+словаря, не говоря про влияние настроения и так далее.
Нет единственного и однозначного внятного закона про превращение электрического сигнала в ощущение запаха. (Честно говоря, про цвета тоже не все так гладко и тоже (сюрприз?) — зависит от языка, например, различение нюансов голубого и синего идет с разной скоростью и точностью у людей, которые говорят на языке где есть одно слово «blue» у говорящих на языке в котором есть два слова «синий» и «голубой». Но все-таки с цветами куда, куда более гладко, вот прямо на пару порядков. То есть когнитивный механизм-то общий, каким еще ему быть, но работает он на разной почве.)

Из этого, однако, не следует, что «никаких правил вообще не существует». Конечно же существуют, и есть нормальные, настоящие, и часто встречающиеся прямо ошибки обоняния, особенно у людей, которые не помешаны на этом)) И мондегрины которые пробегают и у вполне знающих язык, и просто «ой бергамот пахнет землей» (нет, не пахнет). Ничего нет в бергамоте, что пахло бы как земля. Как лимон — да, как листья — да, как цветы — ок, но пределы есть. По мере тренировки и составления словаря, который включает в себя кросс-модальные метафоры, построение карты указаний на источники и тренировку в сюжетных ассоциациях когнитивные способности и различение будут улучшаться. У всех. (но с разной эффективностью, конечно, это как всегда, например, склонность к синтетическому восприятия весьма облегчает дело). Но все равно из-за нашего языка мы не придем к такой же однозначной и ясной картине, как в случае визуального восприятия.

Мне, правда, не хотелось бы делать из радости обязаловку — обоняние — чувство, очень сильно связанное с эмоциями, и наслаждение возможно и без этой все аналитики, просто я сама к ней склонна и пишу для тех, кто хочет, но не знает как. Для пытливых умов, в общем.

Я думаю многим хотелось бы увидеть в конце какой-то простой вывод типа «ничего нельзя сказать» или «можно, если следовать четким инструкциям» или еще что-то, но простого вывода не будет. Да, в ольфакторной области все сложно, и упрощать я не буду. Сложно, но прекрасно.

Ольфакторные навыки, фигуры умолчания и ольфакторно грамотные аборигены

ну что ж сказал я встав с бокалом
а те кто поняли меня
пошли на выход быстрым шагом
минуя даже гардероб

У меня накопилось пара лонгридов про непаханное поле освоения ольфакторных навыков.

Ситуация накалилась до довольно высокой температуры, желающие «стать парфюмерами» и «научиться нюхать» хотят тайных знаний, «парфюмерные стилисты» обеспечивают регулярный отток желчи, публикуя феерические глупости и давая несбыточные обещания, а мне хочется поспособствовать воцарению ясности и мировой гармонии. Поэтому я попробую написать о некоторых довольно очевидных, но умалчиваемых вещах.

В топе запросов про ольфакторное, особенно про обучение : «я хочу научиться нюхать и описывать запах». А 90% отягчающих процесс эмоциональных фрустраций, как айсберг, потопивший Титаник, остается вне поля зрения и осознания. Давайте покажу вам этот кусок льда, после десятков мастерских и сотни их участников я про него знаю все: большое чувство неполноценности, вины и ущербности, «вон они могут а я нет, у меня с носом что-то не так, я не умею».

Именно эта гнусная фигура умолчания позволяет существовать массе шарлатанов, претендующих на владение неким тайным знанием, она же превращает область запахов и ольфакторных ощущений в какое-то мистическое поле чудес, где будто бы есть какие-то волшебные законы и умения.
(есть еще масса причин, по которым процветают стилисты всех мастей и качеств, но их я оставлю за кадром, как и дисклеймер что не все специалисты одинаково вредны и что иногда прийти к другому чтоб выбрали за тебя — ок)

Но возвращаясь к нашим баранам и тайным знаниям, хочу сказать одно:

Дорогие читатели, все в порядке с вашим носом.
Засада не в носу, засада — в мозге, точнее, в языке.
«Почему я не слышу розу хотя пишут что она есть?»
«Почему я этого не ощущаю?»
«Почему я не умею «раскладывать» запах?»

Потому что вы этому не учились, как учились читать или распознавать цвета.
С вами все в порядке. Вы не можете понимать язык, который вы не учили. Это нормально.

Про это никто не пишет, потому что это невыгодно — выгодно продавать уникальные волшебные таблетки «раз -два-я парфюмер». Но их нет, а есть другое: труд, сверка ощущений, составление словаря, выращивание новых нейронных сетей=когнитивной архитектуры. Процесс этот небыстрый, но он возможен для каждого. И каждому может подарить много нового, прекрасного, улучшить когнитивные возможности в целом и раскрасить мироощущение.

Еще раз: я не про «стать парфюмером», для «стать парфюмером» есть ISIPCA и еще пара-тройка мест, (нужно — химическое высшее, английский, деньги, впрочем, никто не мешает стать самоучкой).
Я не про «путь в профессию», я про повышение собственной культуры: ольфакторной, телесной, про расширение мировоззрения, про новые ощущения, про новые удовольствия. Умение, например, видеть и сочетать цвета или вкусы — не обязательно профессия, это может быть просто элементом культуры. Как и умение танцевать, складно писать и говорить. Одержимость выгодой и эффективностью меня, честно говоря, задрала: «прослушай вебинар чтобы открыть онлайн школу» «сделай духи чтоб прославить страну», ну божемой, можно просто учиться петь, рисовать, нюхать чтобы собственная жизнь была краше, без постановки цели «заработать» или «покорить все вершины». И, к счастью, есть люди, у которых цель именно такая: развлечение, улучшение качества жизни, развитие новых навыков, но часто им как-то даже неловко. Совершенно напрасно, конечно.

Более того, неловкость эта, как я говорила выше, носит довольно всеобъемлющий характер, и лежит не только в поле целеполагания, но и в самой сфере развития навыков, для которых у нас нет описательных инструментов. Не только у учащихся, у всех т.н. «цивилизованных людей» нет.

На самом деле проблема с описанием и восприятием запахов носит системный характер. И только недавно выяснилось, что это феномен культуры, а не обоняния.

Итак, о системной проблеме распознавания и восприятия запахов нам рассказали все антропологи и нейролингвисты. «То, что мы веками принимали за оргазм, оказалось астмой» — ну как обычно.
«Запах не позволяет описывать себя, а сравнивается только по подобию с другим смыслом». — это писал Кант. Кант, ты был не прав! В данном случае «запах не позволяет» — очередной забавный перекос, докатившийся аж до философии: поскольку в «цивилизованных языках» имен для запахов нет — так будто бы и обоняние плохо работает потому что «не такое», потому что «животное чувство а мы дышим духом».

Антропологи, знакомые с первобытными племенами, давно указывают, что в подавляющем большинстве случаев ученые исследуют языки обществ WEIRD (Western, Educated, Industrialized, Rich, Democratic), а в других обществах ситуация иная. То есть дурное распознавание запахов — феномен не чисто биологический, а, скорее, культурный.
Было показано, что обычно представители WEIRD обществ могут корректно назвать около половины предъявляемых запахов. Как замечают другие исследователи: если бы люди демонстрировали сходные результаты с визуальными объектами (или представьте себе, что кто-то может назвать только половину цветов) — им поставили бы диагноз афазии, довольно серьезного нарушения.
Но в случае с запахами это — культурная норма, ибо такова когнитивная архитектура мозга представителей WEIRD. В наших языках нет нормального ольфакторного словаря, и мы описываем все с помощью указаний на источник, ассоциаций и кросс-модальных метафор. Другие чувства в таких обходных путях не нуждаются. Нам не нужно говорить «лайм выглядит, как лягушка» – мы просто можем сказать, что он зеленый.

А кое-кому запах очень даже позволяет описывать себя — так обстоит дело у некоторых других сообществ, например, у Малазийских племен, которые говорят на языке джихаи  или у народности Мани (มันนิ) из Тайланда. Например, в языке мани есть слово муйдос, означающее (примерно) запах который производят: старая хижина, шкура убитого животного, грибы, гнилое дерево, бамбуковая трубка для воды, вода из бамбуковой трубки, голова полосатого лангура, голова лапундера, или голова медвежей макаки. А еще это слово может быть глаголом. Вот здесь есть маленькие документальные фильмы про Мани

«Эти термины очень много значат для них,- говорит исследовательница их языка, Азифа Маджид. – Они постоянно появляются в речи. Они знакомы малым детям. Они входят в основной словарный запас. Их не используют для обозначения вкусов или съедобности. Они предназначены только для запахов».

В 2014 году в статье для Cognition  Азифа Маджид опубликовала исследование, в котором сравнивала распознавание и наименование запахов у англоговорящих и у джихаи.

Запахи были типичны для западной культуры: ароматизаторы лука, шоколада, розы и т.д.

Результаты получились на редкость наглядными:
а) англоговорящие попадали через раз, и оценки испытуемых не были согласованы, то есть кто в лес кто по дрова. Джахаи называли запахи одним и тем же словом.

б) Англоговорящие жители США очень путались в показаниях и были многословны. Например: « Я не знаю, как это сказать, сладкий, что ли? Да, сладкий. Мне показалось, что это как BigRed (прим.: жевательная резинка) или что-то такое, ну как сказать? У меня нет слова. Боже, это как запах жвачки типа BigRed, я могу так сказать? Хорошо — как BigRed».

(знакомая нам картинка, да? РАССОЛ! Бабушки!) Известный феномен, еще в 1987 году людям давали понюхать запах лимона, и получали следующие описания: как сосна, апельсин, леденец, чистящее средство с лимонным запахом, цитрус, конфетка, маркер, ягода, освежитель воздуха, освежитель для унитаза. Никаких сюрпризов, и, кстати, если бы взяли русскую выборку картина была бы другой, хотя елка — елка непременно бы была)

в) время распознавания и называния запаха у Джихаи — 2 секунды и меньше, у англоговорящих — более 10 секунд.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Дальше — больше, в исследовании прошлого, 2017 года Азифа Маджид и др  сравнивали восприятие запахов у говорящих на голландском (и владеющих английским, немецким и некоторыми другими языками наряду с родным) языке жителей голландии и у аборигенов, говорящих на языке джихаи, выборка была побольше — по 30 человек в каждой группе. Был создан специальный набор из 37 мономолекулярных одорантов, которые пахли совершенно разными вещами, в том числе неприятными, т.е. не только «шоколадки-розочки». Испытуемым предъявляли запах и спрашивали: «Чем пахнет?»

Разница была колоссальная, и я очень рекомендую посмотреть, увидев это раз — не забудешь! (если не грузится, идите сюда)

В 99% случаев ответы говорящих на языке джихаи совпадали, описания в 99,5% случаев состояли из конкретного «ольфакторного слова» (всего употребили 22 слова) , в 0,3% случаев ссылались на источник запаха и в 0,1% был употреблен оценочный термин (пахнет хорошо).

У голландской группы 67% ответов — отсылка к источнику запаха (цветочный, аммиак), причем этих отсылок в группе вышло более пятисот (не совпадающих между собой, т.е что для одного цветы, для другого — карамелька). «Ольфакторная афазия» в действии, но да, для нашей культуры статистическая норма — именно такое положение вещей.
4% ответов — «понятия не имею»,
4% ответов — «пахнет знакомо но я не могу сказать как»
6% ответов оценочные «да говно какое-то/безумие/мне не нравится/охренительно!»
5% — отсылка к сценарию а ля Геленджик и платье из ситчика — «как если бы вы проходили мимо мусоровоза, но не ехали в нем а именно мимо»
10% — кросс-модальные метафоры «четкий, звонкий, сладкий» и тд.
ну и 3% которых тут не видно из-за моего округления — указание на какую-нибудь категорию запаха: «химический, натуральный».
Из абстрактно-ольфакторных терминов использовались пять слов (2%) (stinkt ‘smelly’; stinkt niet ‘not smelly’; muf ‘musty’; ranzig ‘rancid smell’; and weeïg ‘sickly smell’)

И опять же, 2 секунды распознавания и наименования против 13.

Подводя итог, можно заключить что нет, это не обоняние у нас так себе, и не нос, проблема в языке и в том, насколько в мозге сформированы необходимые нейронные сети.
Это недостаток слов и связей в голове заставляет нас мяться, тереть (и терять) лицо, краснеть, бледнеть, выплевывать первую попавшуюся ассоциацию (мирра, рассол, жвачка), только бы висеть в вакууме ощущений, для которых нет прилагательных.

Кажется, что раз уж у нас есть нос, то он обязан все различать или мы не нормальны — но нет, не обязан. Исследования Маджид показали, что нет никакой сложности в распознании, если для этого есть навык и словарь и сформированные нейронные сети — помните, в племенах джихаи и мани этому учат, это в обиходе, это все равно что для наших детей различение квадрата и круга. Это то, чему можно научиться.

Но, кроме всего прочего, в процессе обучения нужно будет работать и с чувством неловкости, страха и дискомфорта, которые сопутствуют нахождению в поле непознанного.

Хорошая новость: если у вас достаточно хорошая переносимость ощущения неопределенности (или есть навык работы с плохой переносимостью, хехе), если вы заботитесь о себе или о вас заботится тот, кто знакомит с ольфакторным словарем, то все это легко преодолимо, все-таки нюхать — очень здорово!! Нейронные сети формируются и у взрослых. Так что, если приложить некоторые усилия, то и обходные пути через кросс-модальные метафоры будут работать довольно хорошо.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

А в новом исследовании Маджид  показано, что люди, у которых в ходу синтетические ассоциации, лучше воспринимают, лучше описывают запахи, более того, их первичное восприятие запахов тоже другое. Развитие синтезии и словаря кросс-модальных метафор (который как раз растет из синтетического восприятия) меняет нашу чувственную реальность, бинго! На этой оптимистичной ноте я пока и закончу, всем love, smell, peace ❤️

не открывайте холодильник
без основательных причин
кто знает что вы там найдёте
и как потом вам с этим жить
(с http://perashki.ru)
#Ольфакторнаяазбука

Скрипка-лиса

Запись про мондегрины вчера задела моих читателей за живое — получила массу откликов, спасибо вам! В том числе такие, которые позволят мне плавно проиллюстрировать свой поток мыслей. Так вот, меня спросили «Скрипка-Лиса? Какая такая лиса, в этом нет никакого смысла!»
(и никто не спросил — а чего ты вообще в этом копаешься, для парфюмерии это не нужно, нужно капать просто и все — ох какие у меня умные читатели!)

Так вот: мондегрины, в числе всего прочего, могут быть отличным художественным средством, особенно в нашу эпоху. Ожидаемые рифмы (читатель ждет уж рифмы), ослышки, рельсы, по которым восприятие устойчиво едет, игра с шаблонами — все это может быть художественным средством, если цель — немного сместить восприятие зрителя с привычного фокуса. (а бывают и просто ослышки, которые автор не учитывает, и бывают просто бананы и сны, да)
Почему вообще нужно думать про механизмы восприятия?
Чтобы, выражаясь метафорически, получить возможность посмотреть на свою работу «с другой стороны объектива». Чего начинающие авторы чаще всего не делают, и большинство ошибок — от этого. Ну помните:
вот мастер нарисует дыню
и ты узнаешь в ней себя
а на твоем рисунке даже
и дыню толком не узнать

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Вложить в работу слезы, кровь сердца, вредные привычки и высокие идеи — мало, очень мало, нужно сложить их так, чтобы нужная (!!) аудиториях смогла их вынуть. Совсем без усилий или приложив некоторые усилия — тут уж зависит от аудитории, на которую вы рассчитываете, но в любом случае если она больше чем «я» — все, навык «отойти в сторону и посмотреть как зритель» — он бесценен. И он не дается просто так, этому нужно учиться, особенно нелегко приходится в ольфакторной области, где все висит на соплях, законы-то те же — простота, золотое сечение, разница размеров, правило третей, контрасты, ритмы и рифмы, но все это — кросс-модальные метафоры, а вот чтоб «пальцем показать» слов вообще нет. Но показать все равно можно, метафорическим пальцем. Вот про эти метафорические пальцы я и думаю — и пишу.

«Живые и с характером»

«Впервые об ароматах, которые создает Анна Зворыкина, я услышал на занятии, когда обсуждалось, чем можно занять привычное восприятие настолько, чтобы уйти глубоко внутрь. Долго ходил вокруг, «принюхивался», понимая, что речь о чем-то более серьезном, нежели принято ожидать от парфюмерии, и наконец сделал себе подарок на ДР — заказал набор пробников. И вот уже три месяца меня регулярно окунает в это волшебство.

На самом деле эту историю сложно описать. В этом есть что-то интимное — запахи, в которых ты не просто существуешь, а находишь что-то новое или хорошо забытое старое в себе. Каждый из них разговаривает с тобой, рассказывает тебе и о тебе. Они живые, с характером, и тебе приходится подстраиваться под них.

Скажем, «150 days to summer» со всей своей яркой мощной зеленью перестает звучать на мне уже минут через сорок, действуя как апперкот, резко и неумолимо. А «Ghost House» укутывает меня на несколько дней в атмосферу старых книг и тишины, когда ты поневоле оглядываешься и переживаешь, что оставляешь в пыли слишком четкие, чужие для этого места следы.

Каждый аромат — медитация сам по себе, и ты следуешь за ним по мере раскрытия, слушая, как в уже привычной гамме вдруг начинают звучать новые ноты. Они включают в тебе что-то и что-то одновременно выключают. И нет, я не понимаю, как это можно было сотворить. Волшебство, я же сразу сказал. )» — про мои духи пишет Владимир Ярошевич

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Очень радуюсь всякий раз, читая такие отзывы, «счастье — это когда тебя понимают». На самом деле не перестаю удивляться тому, что есть люди, готовые на это сложное, но таящее в себе столько возможностей взаимодействие. Спасибо вам, люди!!

Как обычно, в Москве попробовать (и купить) все мои духи можно в Osmodeus_perfume_shop, заказать с доставкой на ЯМ or via ETSY (English)

А еще часть моей регулярной коллекции есть  в Лондоне, в Bloom Perfumery London! Так что будете в Ковент-Гарден — заходите попробовать: 4 Langley Court, там огромный выбор разных нишевых духов.

Ольфакторная азбука, продолжение

На днях опубликованы несколько исследований, которые и подтверждают мои многолетние наблюдения по то, как устроен процесс обоняния и распознавания запахов, и к тому же сильно расширяют мировоззрение.
Я давно твержу как мантру, что в нашем (в русском, но точно так же обстоит дело в английском, французском, немецком) нет внятных слов для описания непосредственных ольфакторных ощущений. Про это — #ольфакторнаяазбука попытка создать искуственный язык, договориться друг с другом о том, для чего нет слов.
Для описания запахов мы пользуемся либо очень грубой градацией «Благоухание-вонь» (хорошо-плохо) либо указанием на источник (пахнет как лаванда). Либо в нашем распоряжении кросс-модальные метафоры, которые мы можем породить, используя силы ангулярной извилины. (тут любопытный тест на них есть). Кросс-модальность позволяет нам описать ольфакторное ощущение так, как если бы оно было визуальным или тактильным.
Но такая петрушка у нас, в основном, именно с обонятельным каналом: со зрением, например, все в порядке, в языке есть очень много абстрактных слов, которые обозначают цвет. Ну смотрите, для цвета определенной длины волны у нас есть самостоятельное слово КРАСНЫЙ и больше оно ни с чем не связано. Нам нет нужды говорить, что платье «как маки» или «как кровь» или там «цвет горячий, обжигает как кипяток». То есть мы можем, но вообще есть простое отдельное слово. И распознаются ощущения, для которых есть такие отдельные абстрактные названия гораздо лучше.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Но если названий нет, у нас есть три пути.

1) Указание на источник, как будто бы похожий (пахнет как рассол)
2) Крос-модальная метафора (тяжелый, душный, красный запах)
3) Привлечение сценария, что близко к пункту два, но часто заводит далеко, например, как говорит Матвей (пример гениальный, не могу не процитировать) «Пахнет как будто 83-й год, я в первый раз в Геленджике, на мне платье из ситчика набивного и тут такая ещё чайка слева пролетела, холодно так довольно, но купаться можно»