«От гвоздики до сандала. Ольфакторная азбука и путеводитель по миру натуральных ароматов»

«книга хороша!!! — информация выдана легким доступным языком почти конспективно; практические рецепты и рекомендации очень интересны и легки в выполнении и главное — несколько пустых страниц в конце книги — для заметок — очень удобно. И еще- страницы/бумага толстые — капай на здоровье — текст не расплывается» — пишет о моей книге olegsovcarovs!

Рада что оценены и технические решения, мы вложили в книгу много любви и труда.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Инди-независимость, протест.

Иногда инди-парфюмерию и инди-музыку считают протестным явлением. Не говоря о том, что обобщать вообще в данном случае — довольно дурное занятие, инди на то и инди чтоб быть разными, а не «толпой протеста», тут хочется еще сказать вот о чем.

Я вижу, как и автор текста ниже, искусство не средством пропаганды, а возможностью для опоры, для резонанса. Не переубедить, а поддержать тех, кто как ты. Я, например, не хочу «менять индустрию» или «задавать моду», я хочу делать лучше повседневную жизнь людей, быть их союзником в микроскопических войнах — там, где аромат может быть союзником.

С вами вестник музыкальных радикалов — цитата из интервью, который дал Бликса Баргельд. 
«Я не считаю, как, например, Джоан Баэз, что музыка влияет на умы. Лучшее, на что способна музыка — поддержать чьи-то идеи. Не звучать в пользу кого-то, но попадать в унисон с чьим-то мнением. Я не разделяю точку зрения всяких певцов протеста, что музыка может что-то изменить или кого-то переделать. Не верю я в эту их главную теорию. Музыка может совпадать с чьим-то мировосприятием, и это действительно важно. Если у тебя особая точка зрения, и тебе нужно на что-то опереться, чтоб поддержать свои убеждения — вот для этого музыка подходит лучше всего. Человека невозможно переделать. Что, я напишу песню, а какой-нибудь придурок ее послушает и тотчас изменит свои убеждения? Нет, лучше я буду играть для человека, который уже думает так же, как я, и тем самым укреплю его в его убеждениях, покажу ему, что он не одинок, что он не единственный в мире человек, который думает подобным образом. Вот это самое лучшее, на что способна музыка, да и другие виды искусства тоже. Можно написать песню, которую будут петь люди, которая отражает их идеи — но вовсе не меняет их мировоззрение. Певцы протеста, конечно, считают совершенно иначе.»

Андреа Канджиоли (из книги «Einstürzende Neubauten» /Stampa Alternativa/)Перевод: Людмила Ребрина, Екатерина Борисова

Venetian red — An animalistic mother’s kiss.

Amazing review from The Perfume Chronicles ❤️❤️❤️❤️
«The flame appears amidst the wrinkled cobalt nave. The red stuccos pale at the sight of the Moon so fair. The wind blows under the bridges, roars from heart to yard ; it lifts the velvet mantles, it breaks the silver masks. The Doge’s banner looks after the city aslept whilst in silence are brewing the potions of alchemists. A river like a monster ; turquoise tentacles intertwined under the canal ; oh skies of clouds ; oh cottonlike night ; oh terrible, oh fragrant Serenissima like a velvet purple rain, oh fire and flame ! She moans, she moves, the Pearl of the Adriatic and watches over the silhouettes looming in the shadows.

Clouds rush over the powdery rooftops, red ! Out of the basilica where demons are silenced hurries a man — he swings, swings on the shiny cobblestones. His hand wears no glove, it emerges, emerges from beneath his heavy indigo sleeve. It heavies, heavies under the weight of rubies and jewels mighty. Pale nails and rosy skin, the racey profile of Aquilea’s Patriarch — the intriguing flies through the great door, through silences he spires and conspires a veil of ambergris.

Flies by the narrow streets, down the arcades of covered alleys through an iron gate, austere, guarding white jasmin grove of flowers waxy and grandiose. He is followed, he blends in the blossoms non opened, multicoloured gems on emerald branches mounted. Smears of lipstick, a memory of sweltering nights – the Patriarch flees in silence. His powder cracks on his face, shreds of glory, testaments of shame – he flees the mirrors, the glances, his face.

He drags a silky and golden sillage ; the delicate fragrance of starched corporals, the indecent opulence of perfumed conopies, the thuribles and their smoke, the flowered tabernacles and the candles of white wax ; the freshness of candle-bearers, of acolytes and thuribulers he drags ; the perfect fifth of gregorian harmonies ; the reflection of mosaics on shadowed arcades, he drags, like a ball, his daily life whilst he tries to join, in secret, his lover.

Venetian Red has the colour of a Venetian night from the warmth of its walls to the grey of its skies. Opulence is its name bearing in its accords the richness of a Byzantine past, giving a whiff of a forgotten Venice, the adventurous Republic wearing the rags of a Principality. Red like the cinnabar rosying one’s lips and cheeks, evoking non so much the ladies than the men of the Renaissance, the pontiffs collapsing under their tiaras, entangled in their fake dignities yet carrying the weight of a realm.

Rich and explosive, an olfactory bomb where mingles the smell of lipstick with that of seaspray, Venetian Red is a treasure one applies on one’s skin not without Biblical fear.

The juice is thick and dark, of a darkness unseen in rums, unseen in wines, unseen in perfumes. It smells like nothing else but rather like an ancient perfume. It is time itself that you apply on your skin, a pomander ; the streets of Rome in summer dark with the scent of musk and incense ; the Vatican of Borgias’ rule, the red of cardinals and their ugly vices, the Church and its riches – fortresses.

A truly unique gem of a perfume unlike anything we have smelt before. A daring creation, asserting itself like the rest of the line created by Anna Zworykina. Intense and divisive, it is worn like a ruby necklace. A perfume heavy, a perfume one wears preciously on the neck. A perfume rare and well-done.

The small format does not sully the experience, rather it makes it even better in underlining how rare are its sillage and power and potency. Greasy and animal purple, Venetian Red is the red of the Fenice and its powders, of its ladies dying under their velvet skirts and the gold and the lights and the damp air of summer.

%Anna Zworykina  %art in a bottle
Undescribable experience one must live, by the mystically sensual dreams it convokes and the pump it conjures, Venetian Red has become our favourite amongst Anna Zworykina’s personal and peculiar line. Its remarkable longevity cannot be forgotten. It stays in one’s beard, it clings to one’s neck and seals the pores of your skin.

An animalistic mother’s kiss.

Venetian Red and its compelling contrasts. If they can baffle they can most of all sway…

Your heart.»

Thank you Alexandre!😍😍😍

«Цифра и пленка»

Читать интервью людей других творческих сфер всегда увлекательно, и почти всегда приводит к выводу «все везде одно и то же»

Стоит появиться человеку, который делает глубокую нишу и вдруг получает немного успеха, как начинается:
«ну че вы гоните все странные какие-то вещи? Сделайте понятно и люди будут счастливы.»
Ну черт, это нескромно, но мои духи многих делают счастливыми. И что мне важно — тех, кого не делают счастливыми духи с синтетическими веществами. Зачем мне быть как все? Ну зачем вся парфюмерия должна быть похожей? Все стонут «ой какое все одинаковое», а стоит сделать другое — «ой какое другое, ну что вы как дураки».
Ну почему крошечную нишу нельзя оставить как есть?

Это же и есть та самая альтернатива, свобода и цветение.

Так вот, слово Джону Пепперу

» — Вы работаете только с аналоговой черно-белой пленкой. Не хотите попробовать цифровые технологии?
— Я верен классической традиции, уже отжившей, по мнению некоторых, свой век. Мне действительно нравится оставлять изображения в их первоначальном виде, такими, какими они проявляются в негативе. Я влюблен в сам процесс и хочу делать хорошие кадры без каких-либо дополнительных манипуляций.

— Черно-белая цветовая гамма создает меланхоличный настрой. Почему не хотите работать в цвете?
— Выбирая черный и белый, мы выбираем отсутствие цвета. Цвет является дополнительным элементом и отнимает силы у истинного снимка. Я думаю, это также отвлекает внимание зрителя от смысловой нагрузки запечатленного момента, на котором я хотел бы сделать акцент.

— … что бы Вы посоветовали нашим читателям?
— На это вопрос у меня не меньше пятидесяти ответов, но постараюсь быть серьезным. Прежде всего, научитесь ремеслу в хорошем смысле этого слова. Другими словами, держитесь подальше от «цифры», по крайней мере, вначале. «Цифра» очень полезна, но в ней все слишком просто: щелк, щелк, щелк, и готово. Научитесь проявлять негативы, печатайте свои карточки, работайте в темной комнате — делайте все это своими руками. Пленка — это пластичное средство художественного выражения. Я не говорю, что цифровая фотография — это плохо или я не одобряю ее. Просто это совсем другая форма искусства, потому что все может быть создано на компьютере. При печати фотографий можно их кадрировать, работать с оттенками серого, и, если вы действительно умеете печатать, если ваши пальцы в буквальном смысле танцуют, работая, это становится сродни изготовлению стула собственными руками. Можно моделировать будущий стул на компьютере и все математически просчитать. Да, в результате получится хороший стул, даже красивый. Но совсем иное дело, если вы делаете этот стул своими руками: строгаете дерево, выпиливаете, полируете. Вы будете чувствовать материал этого стула, его запах, тепло рук, его сделавших, любовь и усилия, вложенные в него. Такова фотография. А когда вы научитесь всему этому, просто гуляйте, бродите по улицам, но в одиночестве. Если вы не будете оставаться наедине с собой, ничего не получится.» — Джон Пеппер, фотограф, режиссер, человек с весьма радикальным отношением не только к цифровой, но и к цветной фотографии.

Дым отечества

Недавно я писала: «стоит отойти на час пешего хода от стоянки, где стоит твоя теплая машина и самую каплю почувствовать себя отдельным, живым человеком, как возвращаешься к истоку.
Когда вокруг снег, и лес, и никого, дым — это самое лучшее что может случиться. Дым — это люди. Это тепло. Это, возможно, еда! Это жизнь.

У Пушкина в Капитанской дочке дым рассказывает о жизни: в степи, где ямщик и Гаев заплутали в Буране, Пугачев, услышав запах дыма, безошибочно указывает на деревню: «Я уж решился, предав себя божией воле, ночевать посреди степи, как вдруг дорожный сел проворно на облучок и сказал ямщику: «Ну, слава богу, жило недалеко; сворачивай в право да поезжай». — А почему ехать мне в право? — спросил ямщик с неудовольствием. — Где ты видишь дорогу? Небось: лошади чужие, хомут не свой, погоняй не стой. — Ямщик казался мне прав. «В самом деле» — сказал я: — «почему думаешь ты, что жило не далече?» — А потому, что ветер оттоле потянул, — отвечал дорожный, — и я слышу, дымом пахнуло; знать, деревня близко. — Сметливость его и тонкость чутья меня изумили. Я велел ямщику ехать.»

«Дым отечества» же, который мы знаем от Грибоедова ( у которого он внезапно сладок и приятен) — он о людях и о родине.  Грибоедов цитировал Державина, а Державин, в свою очередь, цитировал Овидия , который цитировал  Гомера.

Овидий, изгнанный с родины на Черное море,  сетует: «Назови это излишнею чувствительностью, назови это слабодушием; я сознаюсь, что сердце у меня мягко, как воск. Ведь не глуп был и Одиссей, а все-таки и он жаждет иметь возможность видеть хоть дым с отечественных очагов. Родная земля влечет к себе человека, пленив его какою-то невыразимою сладостью, и не допускает его забыть о себе».
Из этих стихов Овидия, повидимому, и возникла латинская пословица: «Dulcis fumus patriae» — «Сладок дым отечества».

Итак, первым все-таки был Гомер: как раз гомеровский Одиссей, который тосковал по дому, пока его удерживала у себя Калипсо:
«Но напрасно желая
Видеть хоть дым, от родных берегов вдалеке восходящий,
Смерти единой он молит.»

Дым — не потому что он как-то особо хорошо пахнет, а потому что даже дым — знак родины, знак родного очага. Увидеть дым (унюхать дым) — это «вернуться домой».
Об этом говорит Чацкий, «Когда ж постранствуешь, воротишься домой, И дым отечества нам сладок и приятен.»

Дым — метафора не ада, не горящих помоек, не пожаров революции.
Дым — это дом. Родные люди.

Ароматы с нотами кожи и дыма могут будить глубокие чувства именно поэтому: в культуре  дым укоренен как метафора для негламурного, непоказного, глубинного чувства, обращенного к людям, к земле, к самой жизни.

Белый шелк

«Нет, ну чудо как хорош! Восточный, но очень и очень свежий. Белый, струящийся шёлк. Покои молодой китайской императрицы, украшенные белыми цветами, в воздухе витает лёгкий аромат сандала и ладана. Такая ассоциация. Царственный и нежный одновременно. И да, он именно белый.)» —LLawliet пишет на фрагрантике про мой Белый шелк

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Как обычно, в Москве попробовать (и купить) все мои духи можно в Osmodeus_perfume_shop, заказать с доставкой на ЯМ or via ETSY (English)


«Petals&Ashes брала без пробников, только по описаниям и очень рада ему. Переменчивый запах, который невозможно удержать — только что я чувствовала только цветы, тут же они превращаются в тонкие струйки дыма и вовсе рассыпаются пеплом и сажей, а потом всё повторяется. » — пишет Ely  про мои ароматы) 

%Anna Zworykina  %art in a bottle

в Москве, напоминаю, всю коллекцию можно пробовать в Osmodeus perfume shop! Покупать — на ярмарке Мастеров или на ETSY.

То что я должен сказать

«То что я должен сказать», да.  #Repost @alena.ely07

• • • • •

«Пробовать духи с запахом белых лепестков и пепла на 9 мая — необычный опыт. Потому что у нас это как раз время белых цветов на улице и ежегодное напоминание о пепле. Мурашек от запаха у меня ещё никогда не случалось.

Это не было так задумано. Просто посылку забрала в понедельник, потом ей надо несколько дней постоять, чтобы запах стал таким, каким он должен быть. Хотя, что же может удержать желающего попробовать)) Я проверяла первый раз вчера — там не было запаха лепестков, и даже пепла не было, только копоть и запах влажного сгоревшего дерева. А вот сегодня белые цветы, рассыпающиеся пеплом в руках.»

%Anna Zworykina  %art in a bottle

в Москве, напоминаю, всю коллекцию можно пробовать в Osmodeus perfume shop! Покупать — на ярмарке Мастеров или на ETSY.

Ичи-го, ичи-э

«Ичи-го, ичи-э означает “одна встреча, одна возможность”. Таким образом, подчеркивается, что каждая секунда нашей жизни жива и постоянно двигается; она не стоит на месте и не длится бесконечно долго. Из-за своей⠀эфемерной природы каждый момент жизни бесценен – и это единственный момент, который существует на самом деле. Если мы постоянно думаем о прошлом или будущем и возвращаемся в настоящее только изредка, например, в какие-то критические моменты нашей жизни, мы пропускаем жизнь мимо себя, а бредем сквозь нее как во сне. Практика Пути, начиная от чайной церемонии и заканчивая боевыми искусствами, включает в себя действия, требующие от нас полного и скоординированного вложения наших физических и душевных сил – сил, которые адекватны именно этому конкретному и очень короткому временному интервалу в настоящем. » — Виктор Мезер 2009

Как раз этот принцип я взяла как основу для своих сезонных коробочек.

Полностью погрузиться в момент, проживая без оглядки и сожалений, но с удовольствием.

Message in a bottle — seasonal subscription box. (если кто из подписчиков хочет что-то добавить — пишите, сделаем!)На осенне-зимний или зимне-весенний сезон (или на год) можно подписаться на етси или написав мне где захотите) Это «легкое чтение во флаконе» по подписке, для тех, кто любит пробовать новое и разнообразное. Message in a bottle — истории, которыми я хочу поделиться.

Каждый сезон — новый набор парфюмерных загадок, три едп в пробнике со спреем, 1,5 мл. Четыре коробочки в год. Подписаться можно на 2 или 4 сезона. Абсолютно новые ароматы, которые нигде еще не появлялись, мои записки в бутылке, которые я отправляю ограниченным тиражом.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

EN: I’m happy to announce a seasonal subscription box -«Message In A Bottle».New, very limited perfumes each season!
Every three months the subscribers will get 3 minies (1.5 ml spray) of my new fragrances in eau de parfum strength.
6 months subscription means 2 boxes (a box per 3 months), i/e/ 6 fragrancesA year subscription will give you 4 boxes, 12 perfumes in all.

Without words — пыльный и яркий

» Without words, видимо, моя следующая любовь. Запах о том, чего на свете быть не может, однако вот он, есть. Настолько горький, что сладкий и сразу после нанесения в полыни я чувствую мёд, хотя и знаю, что его там нет. Одновременно пыльный и яркий. Тёплый, но с обжигающе холодной горечью. Emerald green по сравнению с ним очень спокойный, не требующий постоянного внимания к себе. Похож на прохладное утро на берегу горной реки, с горечью трав и мягкостью мха. » — пишет Ely  про мои ароматы) 

BUY via Etsy,пробовать в Москве в Osmodeus_perfume_shop!%Anna Zworykina  %art in a bottle

BUY via Etsy, пробовать в Москве в Osmodeus_perfume_shop!

Fallen leaves — such a warm and inviting kind of smell, comforting yet slightly melancholic. 

«Oh wow! This smells like entering an autumnal forest — adorned with all the rich, deep, glowing fall colours — and experiencing that the forest envelops you with a warm, gentle hug.

It’s a soft, creamy, cozy fragrance with the same texture as cashmir or fine alpacca wool. It’s like a scarf you bring out from your closet when the first really cool days of fall appear. Warm, comforting and really soft against the skin.

Tonka and vanilla is most prominent, but I can also detect the cedar. It gives the creaminess a lovely woodsy feeling, like taking a stroll through the forest. The air is crisp, there’s a cool breeze, and the leaves are falling from the trees in waves of gold and copper. There is a faint bitterness from the myrrh, almost like a reminder that this rich, vibrant beauty is a sign of death and decay. Nature is dying, only to be reborn again in spring. It’s a gorgeous goodbye, but a goodbye nontheless. And still it is a goodbye filled with hope.

The longer the fragrance sits on the skin the more smokey it gets. It’s a creamy, caramelized myrrh smoke, and it reminds me a lot of the beautiful Myrrh Assoluto by Valentino. It’s like there is a bonfire lit somewhere in this stunning fall forest, and someone are burning myrrh incense and roasting marshmallows by this fire. It’s such a warm and inviting kind of smell, comforting yet slightly melancholic.

Longevity is very good. I can smell this scent for about 9 hours on my skin. Sillage is a solid medium right away, but calms down to a detectable skin scent after about an hour or an hour and a half.» Пишет  Fallen leaves

%Anna Zworykina  %art in a bottle

в Москве, напоминаю, всю коллекцию можно пробовать в Osmodeus perfume shop! Покупать — на ярмарке Мастеров или на ETSY.


«чтобы измерить глубину вселенной «

«Я давняя поклонница творчества Анны Зворыкиной, и наконец-то имею удовольствие написать отзыв. С чем можно сравнить маленькую шкатулку с крохотными фиалами, в каждом из которых таятся миры… Теплые летние ночи со спелыми смородиновыми звездами, лесные духи возле тайных цветов папоротника, душа русалки Дарк Фэйри Unseelie Court; ведьминская нега августовских деньков и вечеров, магических хлопот по дому и саду; темная ночь Савина и наступающей зимы, а вместе с этим открывающиеся глубины земли, где спят титаны, где все знание о том, что было и есть — Nigredo; тепло огня в очаге и твой тайный возлюбленный-хранитель Secret Dreams; итальянское окно домика в садике с цветущими плодовыми деревьями и набухшими смородиновыми почками Currant Mood; снова летние дебри Зеленого Безумия, где золотые стрелы солнечных лучей пронзают кроны и ты как на дне диковинного водоема из пронзительно манящих ароматов, водоросли колышутся над головой… больше, чем духи; это то зелье, что наносится на точки пульсации, чтобы измерить глубину вселенной и посетить странные и прекрасные места, узнать забытые секреты, вернуться другой, измененной, обновленной и знающей. Я не могу просто написать правдивые, но плоские слова о том, какой Анна талант, и как приятно иметь с ней дело; я с восторгом и затаенным дыханием наблюдаю, как руки Мастера открывают новые двери в те миры, где я еще не была.»

Потрясающий отзыв от одной моей покупательницы. Особенно про измерение глубины вселенной хорошо! Я пытаюсь писать зачем и что я делаю, что то, что выходит — не совсем духи, но когда сама про себя такое пишешь — выглядит как пафос и выпендреж. Но вот, пишут другие, делюсь. Я — за этим. Не духи а «писофарт», как выражается Яна Зубцова)

%Anna Zworykina  %art in a bottle

в Москве, напоминаю, всю коллекцию можно пробовать в Osmodeus perfume shop! Покупать — на ярмарке Мастеров или на ETSY.

Cuir de Russie — This is what Legolas from Lord of the Rings would wear.

«Praised by Luca Turin for its uniqueness, this is a green, smokey, floral-woody, leather chypre with so many layers, I feel like I’m in a wild forest, taking in all the moss, tobacco, and flowers.

This is what Legolas from Lord of the Rings would wear. Maybe even Aragorn. All natural ingredients. Love it.

This is a fragrance that evokes distant memories of adventures taken; there’s history to tell and secrets to impart with each whiff. And a sexy sadness to it.» — Andrew Nguyen 

reviewed my Cuir de Russie in fb!!

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Как обычно, в Москве попробовать (и купить) все мои духи можно в Osmodeus_perfume_shop, заказать коллекцию с доставкой на ЯМ! А еще Cuir de Russie доступны  в Лондоне, в Bloom Perfumery London!

Black Gardenia

«Красивая гардения. Переменчивая. Непредсказуемая. Подступаюсь к ней уже не в первый раз, и она каждый раз какая-то новая. Действительно джазовая.
Скажи кто-нибудь несколько лет назад, что мне понравится аромат с нотками грибов и перца, я бы не поверила. Как-то кулинарно звучит. Неромантично. А вот поди ж ты!
Есть в аромате что-то винтажное от этой грибной ноты. Запах из детства. Будто залез в мамин шкафчик на даче, старенький и рассохшийся, — а там духи в граненом флаконе. И не хочется разбирать, чем именно они пахнут, в детстве понимаешь только, нравится тебе или нет.
Эти — нравятся. Внутренний ребенок сделал влюбленные глаза, почуяв тайное, запретное, взрослое. Запах зрелой женщины, мир соблазнов и чувств.
Я не поклонница Билли Холидей, но не могу не признать, что женщина была талантливая, неординарная и эффектная. И, мне кажется, ей подошли бы эти духи. В них есть характер.» — Асмела пишет на фрагрантике про мою Black Gardenia

%Anna Zworykina  %art in a bottle

BUY via Etsy, пробовать в Москве в Osmodeus_perfume_shop!


“шоссе в никуда” дэвида линча начинается и заканчивается визуальным мотивом ночной дороги, освещаемой лишь фарами дальнего света. revenge от anna zworykina perfumes транслирует тот же образ иными выразительными средствами.
в нем есть и полынный пыльный асфальт, отдающий накопленное за день тепло, и кожаные ноты потертого сиденья, и бензиновый шлейф, тянущийся за летящим в темноту по пустынной трассе мотоциклом.
лицо и волосы пилота скрыты шлемом, но сквозь горечь полыни и остроту цитрусовых отчетливо проступает выдающая femme fatale хищная лилия.
аромат с двойным дном. прикосновение холодного лезвия к разгоряченной коже. яд в бокале ледяного бензинового рислинга» —  из телеграма  fox appeal

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Как обычно, в Москве попробовать (и купить) все мои духи можно в Osmodeus_perfume_shop, заказать с доставкойна ЯМ or via ETSY (English)
А еще Revenge есть  в Лондоне, в Bloom Perfumery London!