De l’art du parfume Фредерика Малля.

Frederic Malle book

Frederic Malle book

На моей улице сегодня праздник благодаря pr службе Estee Lauder
У меня в руках книга De l’art du parfume Фредерика Малля.
Как ольфакторный художник, находящийся примерно на другой стороне глобуса от того, что делает Малль, я испытываю к нему много сильных чувств, главными из которых являются, конечно, уважение и восхищение.
В самом деле – многие ароматы из его библиотеки просто просятся в линейку эталонов! Хочешь сказать про эталонную розу – как забыть Малля? Хочешь лилию – как не вспомнить средиземноморскую? (кстати, это один из моих любимых ароматов, бережно его ношу). Ну и именно Малль же вывел парфюмеров из тени. В общем, потрогав его афтограф на первой странице, я не буду мыть руки до завтра!
Книга роскошная совершенно, иллюстрации смертельно прекрасны. Она на французском, естественно. В первый момент я так пленилась крупными буквами, что опрометчиво решила, будто бы текст станет понятнее))) Не совсем: изысканный слог книги довольно далек от школьного учебника, который знакомил меня с бытом французской семьи Вансан. )) Но я все равно попробую прочесть, ужасно интересно! Ну а про его новый аромат можно написать и без словаря, ура-ура!

Семя и сеятель, Furyo, Счастливого рождества, мистер Лоуренс!

Замечательную заметку Сергея Борисова о духах Furyo Jacques Bogart я прочла еще осенью. Поскольку я давний фанат фильма «Счастливого рождества, мистер Лоуренс!», Боуи и Сакамото, я сразу заказала на ebay миниатюру этого аромата. Весной воссоединилась с ним, но по дороге случилось еще одно знаменательное событие.

Роман Лоренса ван дер Поста «Семя и сеятель», по которому был снят фильм, переведен и издан! Переводчица пишет, что он «выполнен фанатом и дилетантом» — но мне кажется, он совершенно прекрасен. Книга невероятная, и у меня она теперь есть!

И вот наконец я собралась написать немного и о книге и о духах. Furyo от Jacques Bogart 88 года выпуска — страсть во флаконе! В составе указаны: Лаванда, Кориандр, Бергамот, Амбретта, Гвоздика, Жасмин, Герань, Корица и Тимьян, Ветивер, Мускус, пачули, дубовый мох, Амбра, ваниль и Циветта. Выглядит как пряный фужер, а на деле — мощная анималика, которую я редко где еще встречала. Через горячий уже на стадии бергамота старт, пряности и травы мощно звучит животная база, цибетин, мед и мускус. Сергей пишет о животных с двумя спинами — и да, это то, что сразу приходит в голову, первая ассоциация от первого полувдоха. И очень верится, что аромат сделан именно по фильму — режиссер Нагиса Осима снял историю ван дер Поста так сильно, страстно, и со столькими недоговоренными местами, что в голове возникает туча вопросов, предположений и идей. Это фильм-загадка. А в духах… пылающий жасмин и корица, горькие травы и веривер просто тонут в этом цибетиновом море, и дубовый мох с ванильно-кожаными нотами составляют прочную основу. Цибетин тут спаивает все компоненты воедино, не оставляет им ни единого сантиметра пространства для свободы, аромат бескомпромиссный и буйный.
Тем интереснее мне было прочитать роман. Оказалось, что акценты в нем расставлены совершенно по-другому, однако это как раз тот редчайший случай, когда я могу сказать, что «фильм снят не совсем по книге, но точно ничем ей не уступает». Основной фокус романа скрыт в фильме, как семя в почве. Но стоит открыть книгу, и начало сразу расставляет все точки над й — «У меня был брат, и я предал его. Это предательство само по себе было таким незначительным, что большинство людей сочло бы преувеличением назвать мой поступок предательством, а я уж точно показался бы им болезненно чувствительным, раз называю его именно так. Но, как известно, природу семени мы узнаем по древу, из него возросшему, древо – по плодам его, а плод – по вкусу, оставшемуся на языке, так и я знаю предательство по его следствиям и послевкусию, которое оно деспотически впечатало в мои чувства. Это одно из главных свойств предательства и, определенно, сказать об этом лучше сразу, в самом начале. Без гордости, как и без смирения, просто как о факте моей жизни, я говорю сейчас, как специалист в этом вопросе. И, как таковой, я могу уверить вас, что одна из самых достопримечательных характеристик предательства заключается в том, что вначале ничего впечатляющего и грозного в нем нет. Да, такие измены, которым суждено позже проявиться в своих далеко идущих последствиях, предпочитают не представать с отчетливостью или драматизмом в своем начале, но выждать, робко и ненавязчиво, пока их жестокий плод не созреет во всей красе. Они представляются неосторожному сердцу, которое выбрали своим гнездом, как повседневная мелочь, как непримечательный эпизод, настолько самоочевидный, что ни мысли о возможном выборе, ни, следственно, шанса отринуть их не возникает при их появлении на привычной сцене обыденных событий. В сущности, предательство ведет себя так, как будто цена ему не больше, чем ничтожные тридцать кусочков серебра, уплаченные за величайшее и самое значимое предательство всех времен. Я полагаю это не только коренным, но и одним из самых ужасающих его свойств. Сравним предательство, к примеру, с чем-то, что подобно ему, вырастает огромным из малого зерна, а именно – с верой. Как бы далеко наш пристальный ум ни следовал за верой , будь то до самых внешних пределов бытия, вера несомненно стоит на пороге мира. И даже там она будет двигать горы, если только есть у нее опора в нашем сердце. Но предательство для своего существования и роста не нуждается ни в чем. Оно прекрасно может начаться всего лишь с отказа в существовании, небрежного отрицания, как бестелесная ночная тень сонной одури небытия. Как эвклидовой геометрической точке, предательству не нужно ни пространство, ни объем, но лишь позиция. Итак, вот момент, место и условия; вот позиция в моей собственной жизни предательства, о котором я хочу говорить.»

Простите за длинную цитату, но никак не могу удержаться. Вот таким образом в моем мире теперь аж три сокровища: фильм, книга и духи. Пусть жизнь благоволит ко всем, благодаря кому это так!

Роза пахнет розой?

vintage_english_rose_garden_botanical_business_card-rf2294636ecc640d68e10ccbdb56a4a32_xwjbi_8byvr_324
«Роза пахнет розой хоть розой назови ее, хоть нет», – писал Шекспир. И был, как мне кажется, неправ.
О том, как устроено наше обоняние с точки зрения физиологии, вроде бы, более или менее понятно. Молекулы веществ воздействуют на ольфакторные рецепторы. Как именно– споры до сих пор идут, существует несколько теорий, самые популярные, на сегодняшний день — «ключ-замок» и колебательная теория Турина. В результате меняется потенциал рецепторных клеток, на это реагируют обонятельные нейроны, которые передают электрический сигнал в обонятельные структуры головного мозга после чего некоторые из них обрабатываются в другом отделе, связанном с сознательным мышлением — коре. И каким-то образом возникают мысли и представления о запахе.
Важный момент заключается в следующем. Если очень огрубить, то лишь маленькая часть обонятельных сигналов опознается как таковые нашим сознанием. И тем более структурируется в сложный образ, такой как «запах розы». А огромное количество ароматических растительных экстрактов просто снижают частоту сердечных сокращений, обезболивают и оказывают другие физиологические эффекты – на том и стоит ароматерапия. Подчеркну, что терапевтическое воздействие ароматических экстрактов происходит, по бóльшей части, через мозг, а не через кожу.
prevostrose2

Вернемся к молекулам и розе. С одной стороны, существует какое-то количество молекул, воздействующих на рецепторы. Существуют электрический импульс и возбуждение разных нейронов. С другой – есть роза перед нашим мысленным «носом». Но как электрический импульс превращается в мысль о розе? Эта роза – где она?
Это, мне кажется, есть самый важный вопрос, который мы должны решить, если хотим понять что-то про обоняние и духи.

Здесь я хочу процитировать Пелевина – простите, кто не любит, но тут правда к месту. «Людям известно, что замыкание нейронных цепочек в коре мозга определенным образом связано с мыслями. Им известна даже локализация переживаний — какие ощущения соответствуют активности разных зон мозга. Например, возбуждение нейронов в определенной области совпадает с переживанием красного цвета. Пока все просто. «Hard problem» появляется, когда они пытаются объяснить, как электрическая активность, которую фиксируют приборы, становится субъективным чувством. Тем, что люди называют qualia — переживанием чего-то изнутри… Дело в том, что есть непреодолимая качественная пропасть между воспринимаемой нами краснотой…и электромагнитными колебаниями в мозгу, которые фиксирует томограф. Как, где и почему электрический разряд становится красным цветом, который мы видим? Этого не знает никто. Иногда даже спорят, можно ли утверждать, что красное для одного человека — то же самое, что красное для другого. С уверенностью можно говорить лишь о том, что в схожих ситуациях люди используют одно и то же слово.(Я подумал, что и правда не знаю, действительно ли красный для меня — это то же самое, что для Софи. Вдруг она видит его как я синий?) Никто никогда не объяснит, как электрические процессы в мозгу становятся переживанием красного цвета. Потому. Что. Они. Им. Не. Становятся. Понятно? Можно только объяснить, как красное стекло нашего мозга окрашивает — вернее, редуцирует — исходную бесконечность до скрытого в себе кода.»
Вот верите ли – с парфюмерией все обстоит так же, как с красным цветом.
Аромата розы, существующего как единая вещь в себе – НЕТ.
Более того. Если отбросить в сторону коаны про то, существует ли треск падающего в лесу дерева, раз его никто не слышит, мы можем отметить еще несколько вещей. Читать далее

Аттары Amouage в тропиках — «что я носила»

Про то, что представляет собой окружающая среда в ароматическом смысле я писала в дневниковой заметке про Вьетнам. К этому стоит прибавить объективных данных — жарко, очень влажный воздух, влажность местами доходит до 90%. Вот прямо сейчас у меня — 86%, если верить гисметео, а я верю.

В условиях яркого и пестрого фона и такой жары влажности ароматы, с одной стороны, раскрываются очень полно, с другой — сумбурно. Развития «начнем с начала и закончим в конце» от них не дождешься, звучит сразу все — от верха до базы. Поэтому ароматы, в которых важна именно структура и развитие, выглядят тут не лучшим образом. Кроме того, все верхние ноты улетучиваются с космической скоростью. Все «свежие» ароматы можно смело брызгать просто на улицу — толку будет столько же.

Многие натуральные и не-только натуральные, но содержащие много натуральных ингредиентов ароматы показывают себя в таких условиях с лучшей стороны. Поэтому мне было любопытно поносить имеющиеся у меня аттары Amouage.  Мои московские впечатления о них тут. Я предположила, что их не очень структурированный и натуральный характер хорошо покажет себя и не ошиблась.

В Сайгоне, жарком и загазованном городе, полном колониальных построек и «индастриал отстоя» я с удовольствием носила Al Andalus. Чрезвычайно бодрый, яркий и очень европейский.  Единственные встреченные мной цитрусы, которые в тропиках остаются терпкими, свежими и не теряют тургора. Брызжут лимонным и розмариновым соком, и это продолжается из часа в час, совершенно не надоедая. Я не сторонник разделения ароматов на женские и мужские, но этот вот  для меня – очень мужской, когда с шарфа долетал след Al Andalus , Читать далее

Strange Invisible Perfumes Epic Gardenia

В конце весны со мной случились два переживания:  дегустация абсолюта плюмерии, который я давно хотела именно такой, и дегустация   Epic Gardenia от SIP.
Абсолют франджипани-плюмерии с ярким началом и убедительной нотой именно плюмерии. В тот момент у меня цвела гардения, и я  вдруг преисполнилась решимости сделать гардениевые духи. Читать далее