Drakkar noir и топ-список фужеров для начинающих ольфакторных художников

Продолжая фужерную тему: нельзя не сказать про Drakkar noir.

Drakkar noir, как многие считают, был в свое время фетишем. Такое нельзя не заметить: дойдет даже до самых парфюмерно-не-внимательных.

Густой, мощный, и очень типичный аромат, хотя не совсем без изюмчика. Изюм такой: в вихрь морского ветра из рекламы Олд Спайс вбросили горсть гвоздики и можжевеловых тлеющих стружек. Фужерная база тут уже покосилась под тюками кожи и хвойных дров. Но акватические фужеры, которые, строго говоря, и не фужеры уже вовсе, выросли из этого или какого-то близкого места, как я поняла.

Drakkar noir брутал, но ботинки чистит. «На том простом основании что я мужчина». Кстати, похоже, на чистоте он таки зациклен совершенно конкретно: бурные порывы взвихренной пены для бритья и геля для душа как начинают бесчинство с самого начала, так и не утихают до финала. Синий до полного изумления. Фиксация на синтетическом море свербит в носу как электрическая пчела. Если изюм быстро съесть, то больше про Drakkar noir сказать сейчас решительно нечего.  Как сказал один поэт, «только синь сосет глаза».

%Anna Zworykina  %art in a bottle

На нем тему фужеров, которые так озадачили многих инди-парфюмеров на фестивале, можно было бы закрыть, ну или, как ремонт, остановить.

(пока искала что-то, наткнулась на закладку из аромаблога Екатерины Хмелевской про топ 10- фужеров, знакомьтесь, он отличный, разумеется) Я бы составила такой топ любимых классиков для тех, кто любит сам капать и пытается понять, как устроены духи изнутри:

Fougère Royale винтажный, если совсем никак — винтажная или даже современная Jicky. Понять конструкт — можно!

Mouchoir de Monsieur Guerlain — в нем самый сок мужских фужеров. Неприличнейшая анималистическая лаванда в окружении горстки цитрусов и трав, капли мыла и амброфо-фужерной базы. Если найти никак — можно глянуть Lauder for Men Estee Lauder.

English Fern Penhaligon’s — современный лаконичный скелетик фужера, настоящее пособие для начинающих парфюмеров, тут все сочленения на виду.

Equipage Hermes — чтобы вдохнуть, встрепенуться и осознать, как хрупка и непрочна граница между шипрами и фужерами. Сладко-пряное, восточное мыло, охапка травок и бах — мох-лабданум пачули, где-то я вас видела.

Geranium Pour Monsieur Frederic Malle — чтобы понять, что не обязательно выполнять все условия жанра, чтобы быть великолепным его образцом. Geranium Pour Monsieur — удивительная ладанно-мятно-зеленая герань на подложке из белых смол и мускусов, которые успешно заменяют «пушистость» бобов Тонка из классических фужеров. Здесь цвета сгущает не мох, а пары бензоина и ладана. Действующие лица другие, а роли играют те же, пьеса узнаваема и вечна.

Вот, пожалуй, на этом абсолютном минимуме уже можно начать понимать, что же за зверь такой  — фужеры. Пробуйте, носите, повторяйте, воспроизводите, интерпретируйте!

Если брать натуральную парфюмерию — я бы вспомнила Gypsy от Providence Perfume — отличный специево-восточный фужер, а так же Tabac Citron Providence Perfume — прозрачный, чистый табачно-лавандовый аромат. И блестящий Sabotage Ayala Moriel.

Из моих есть два очевидных фужера: Silver Lavender и Golden lavender.

А какой бы был у вас фужерный топ?)

Frédéric Malle Géranium pour Monsieur — фужер в новом стиле

Продолжая фужерную тему, не могу не сказать о Frédéric Malle Géranium pour Monsieur. Часто спрашивают: а может ли быть шипр без бергамота? А фужер без лаванды?

Теоретически — «без»  получится не классический тип, а интерпретация. В лучшем случае. Может ли быть интерпретация такой же классической, как самая устоявшаяся классика? Можно ли воспроизвести Дух конструкции, собрав ее из других кубиков? Смотря кто интерпретирует)) Если интерпретирует Dominique Ropion — то да. Итак, посмотрим на эту герань.

Мята и герань — отличный реверанс в сторону фужера. Это не гальбанум+лаванда, но почти) К тому же герань есть и в классических фужерных структурах.  Пишут, что на создание этого аромата Доминик был вдохновлен марокканским мылом и средствами для бритья. Что может быть более парфюмерно-фужерным, чем мыла и пены и средства для бритья? Ну разве лаванда+кумарин, но джентльменское мыло — это отличная альтернатива.  Анис, ладан, сандал, мускус и бензоин — опять же, не добовый мох+тонка, но в ту же сторону.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Géranium pour Monsieur звучит прохладной, зеленой мятой и геранью, окутанной ладанными облаками. Изумительно свежее, весеннее, очень юное звучание. И в то же время очень строгое, идеально выверенное со всех сторон.  Аромат вроде бы мужской, но идеален для формата  гендерных игр:  мужские рубашки, бойфренд джинсы, все такое. Geranium Pour Monsieur — это как раз мужская рубашка с плеча кого-то очень юного и свежего. Изумительное ощущение) Лично меня слегка укачивает от древесно-мускусной базы, поэтому я предпочитаю наносить только на кожу, с минимальным попаданием на ткань — а то база на подушке пережила  даже смену наволочек. (к вопросу о стойкости, ага)

 

Caldey Island Lavender — фужерная голова

Вот бывает сахарная голова, а Caldey Island Lavender — фужерная голова. Это я продолжаю фужерную тему, которая затронула мою голову в процессе подготовки фестиваля инди парфюмерии.

Итак, еще один пример, который у меня нашелся — Caldey Island Lavender. Лаванда как она есть, но духи. Пушистые зеленые листочки с мгновенно исчезающими цитрусовыми бликами, потом пушистые сиреневые цветы и фужерная база, высветленная, как специально «состаренное» дерево. Аккуратный финал с пушистым мускусом решен в акварельной, очень английской манере. Весь аромат спокойный, сдержанный и очень лаконичный, но пейзажности не отнять.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Там есть и бельевые-мыльные аспекты лаванды, но они по-фужерному легки и радостны. Все нужное и ничего лишнего. Если в фужере считать главным игроком лаванду, а не дубовый мох+кумарин — то это фужер. Хороший пример того, как можно сделать очень непритязательный, но милый, носибельный, и моно-лавандовый запах без претензий.

 

Ca Sent Beau Kenzo — мандариновая сказка

Продолжая фужерную тему, хочу вспомнить о мандариновом Ca Sent Beau — как раз по зимней погоде. Вообще никто, кроме, кажется, Луки Турина (который метко охарактеризовал его «мандариновый фужер») фужером Ca Sent Beau не зовет, а определенный смысл в этом есть.

Насколько строг и прост Penhaligon’s English Fern, настолько сложносочинен Ca sent beau. На мой взгляд называть его прямо-таки фужером не корректно, но в начале и в сердечных тонах есть совершенно пленительный оттенок хорошо выстиранного и выглаженного белья. Начинается Ca sent beau с мандаринов, и мандарины эти совершенно уникальны: это скорее мандариновый мармелад или теплый кустард: никакой горечи, только мягкое, густое мандариновое сияние. Практически сразу к нему присоединяются густые медовые белые цветы, сквозь которые просвечивает персиковый ветивер и шершавая ваниль. Элегантный, улыбчивый, спокойный, комфортный, и ни на что не похожий, совершенно неожиданный.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Аромат был создан в 1987 году, и характер у него не сегодняшний: он густой, яркий и шершавый — такой примерно может быть на ощупь ткань хорошего шерстяного костюма, вроде бы и гладкая, да не гладкая. Идеален для зимы — но и мартовский снегопад для него очень даже хорош.

Fougere Royale: копировать и красть

«Гениальные художники крадут, посредственные — копируют» — кстати, Пикассо сказал совсем не так, но фраза броская. Это я к чему: в любом ремесле копирование — прекрасное средство набить руку и не потерять квалификацию.  Не говоря уже о том, что основополагающие конструкции просто НУЖНО сделать руками, чтобы изнутри понять как сделано, это знание отпечатывается в мозгу и остается с тобой.  Чтобы украсть, нужно вначале скопировать.

Так вот, копирую Fougere Royale.  До этого и на мастерских и «среди себя» пользовалась фужерной формулой которая ближе к Жики, а этого монстра-основоположника с овердозой горького острого цианида передрать не дошли руки. Теперь дошли.

%Anna Zworykina  %art in a bottle

Первые пару часов копия «только из натуральных ингредиентов» очень и очень недурна, интересные проблемы начинаются там, где у реального Рояля вступают белые гладкие тона мускуса (а они вступают под всем этим кумариновым великолепием).  Сделать натуральными ингредиентами тьму тьмущую, горькие травы и цианид нет никаких проблем, сымитировать гелиотропин при должном старании тоже можно, а вот мускусы… Амбретта тут не работает, точнее работает, но не на 100% так как нужно. Сделала читерский вариант — с катсури аттаром, это готовый кодистиллят растительных материалов с сандалом, который очумительно хорошо воспроизводит животный мускус. И сейчас мне, наконец, пришел мой белый сандал — его как раз не хватало, чтоб полирнуть мускус до той, Роялевской сглаженности. Так что копия вышла хорошая, узнаваемая вполне, хотя, разумеется, не идентичная — это же all-natural аналог.  Будет что  показать как пример фужерной структуры «как доктор прописал» на мастерских, не жалея)

Но тут всплывает еще тема, на которую у меня все руки не доходят написать: о ценности так называемого «слепого тестирования». С точки зрения проверки себя и своих предпочтений штука ценная, а с точки зрения истории и, хм, искусствоведения — абсолютно идиотическая. Ну вот дай вслепую сейчас этот «Fougere Royale» — и что? Конечно, настоящая красота всегда ощущается с первого вдоха, с другой — ценность его в том, что он такой — первый. Первый, но не один и не единственный. И это от него нужно плясать, если думать об истории духов как об истории развития структур, трендов и материалов.

Вообще тема фужеров, как оказалось, мало кому понятна. Я даже затевала фестиваль в надежде что коллеги покопаются в этом, но как-то, видимо, не вышло. Значит, напишу сама, вдруг будет с кем обсудить, так что вскорости ждите небольшую фужерную серию)

Ну и под занавес выражаю большую благодарность судьбе и Екатерине Хмелевской за прекрасный образец сильно винтажного Fougere Royale — благодаря им мне есть что копировать. И красть.