Drakkar noir и топ-список фужеров для начинающих ольфакторных художников

Продолжая фужерную тему: нельзя не сказать про Drakkar noir.

Drakkar noir, как многие считают, был в свое время фетишем. Такое нельзя не заметить: дойдет даже до самых парфюмерно-не-внимательных.

Густой, мощный, и очень типичный аромат, хотя не совсем без изюмчика. Изюм такой: в вихрь морского ветра из рекламы Олд Спайс вбросили горсть гвоздики и можжевеловых тлеющих стружек. Фужерная база тут уже покосилась под тюками кожи и хвойных дров. Но акватические фужеры, которые, строго говоря, и не фужеры уже вовсе, выросли из этого или какого-то близкого места, как я поняла.

Drakkar noir брутал, но ботинки чистит. «На том простом основании что я мужчина». Кстати, похоже, на чистоте он таки зациклен совершенно конкретно: бурные порывы взвихренной пены для бритья и геля для душа как начинают бесчинство с самого начала, так и не утихают до финала. Синий до полного изумления. Фиксация на синтетическом море свербит в носу как электрическая пчела. Если изюм быстро съесть, то больше про Drakkar noir сказать сейчас решительно нечего.  Как сказал один поэт, «только синь сосет глаза».

1460116992175370918

На нем тему фужеров, которые так озадачили многих инди-парфюмеров на фестивале, можно было бы закрыть, ну или, как ремонт, остановить.

(пока искала что-то, наткнулась на закладку из аромаблога Екатерины Хмелевской про топ 10- фужеров, знакомьтесь, он отличный, разумеется) Я бы составила такой топ любимых классиков для тех, кто любит сам капать и пытается понять, как устроены духи изнутри:

Fougère Royale винтажный, если совсем никак — винтажная или даже современная Jicky. Понять конструкт — можно!

Mouchoir de Monsieur Guerlain — в нем самый сок мужских фужеров. Неприличнейшая анималистическая лаванда в окружении горстки цитрусов и трав, капли мыла и амброфо-фужерной базы. Если найти никак — можно глянуть Lauder for Men Estee Lauder.

English Fern Penhaligon’s — современный лаконичный скелетик фужера, настоящее пособие для начинающих парфюмеров, тут все сочленения на виду.

Equipage Hermes — чтобы вдохнуть, встрепенуться и осознать, как хрупка и непрочна граница между шипрами и фужерами. Сладко-пряное, восточное мыло, охапка травок и бах — мох-лабданум пачули, где-то я вас видела.

Geranium Pour Monsieur Frederic Malle — чтобы понять, что не обязательно выполнять все условия жанра, чтобы быть великолепным его образцом. Geranium Pour Monsieur — удивительная ладанно-мятно-зеленая герань на подложке из белых смол и мускусов, которые успешно заменяют «пушистость» бобов Тонка из классических фужеров. Здесь цвета сгущает не мох, а пары бензоина и ладана. Действующие лица другие, а роли играют те же, пьеса узнаваема и вечна.

Вот, пожалуй, на этом абсолютном минимуме уже можно начать понимать, что же за зверь такой  — фужеры. Пробуйте, носите, повторяйте, воспроизводите, интерпретируйте!

Если брать натуральную парфюмерию — я бы вспомнила Gypsy от Providence Perfume — отличный специево-восточный фужер, а так же Tabac Citron Providence Perfume — прозрачный, чистый табачно-лавандовый аромат. И блестящий Sabotage Ayala Moriel.

Из моих есть два очевидных фужера: Silver Lavender и Golden lavender.

А какой бы был у вас фужерный топ?)

Frédéric Malle Géranium pour Monsieur — фужер в новом стиле

Продолжая фужерную тему, не могу не сказать о Frédéric Malle Géranium pour Monsieur. Часто спрашивают: а может ли быть шипр без бергамота? А фужер без лаванды?

Теоретически — «без»  получится не классический тип, а интерпретация. В лучшем случае. Может ли быть интерпретация такой же классической, как самая устоявшаяся классика? Можно ли воспроизвести Дух конструкции, собрав ее из других кубиков? Смотря кто интерпретирует)) Если интерпретирует Dominique Ropion — то да. Итак, посмотрим на эту герань.

Мята и герань — отличный реверанс в сторону фужера. Это не гальбанум+лаванда, но почти) К тому же герань есть и в классических фужерных структурах.  Пишут, что на создание этого аромата Доминик был вдохновлен марокканским мылом и средствами для бритья. Что может быть более парфюмерно-фужерным, чем мыла и пены и средства для бритья? Ну разве лаванда+кумарин, но джентльменское мыло — это отличная альтернатива.  Анис, ладан, сандал, мускус и бензоин — опять же, не добовый мох+тонка, но в ту же сторону.

18512956_201946060326183_6326222390166552576_n

Géranium pour Monsieur звучит прохладной, зеленой мятой и геранью, окутанной ладанными облаками. Изумительно свежее, весеннее, очень юное звучание. И в то же время очень строгое, идеально выверенное со всех сторон.  Аромат вроде бы мужской, но идеален для формата  гендерных игр:  мужские рубашки, бойфренд джинсы, все такое. Geranium Pour Monsieur — это как раз мужская рубашка с плеча кого-то очень юного и свежего. Изумительное ощущение) Лично меня слегка укачивает от древесно-мускусной базы, поэтому я предпочитаю наносить только на кожу, с минимальным попаданием на ткань — а то база на подушке пережила  даже смену наволочек. (к вопросу о стойкости, ага)

 

Caldey Island Lavender — фужерная голова

Вот бывает сахарная голова, а Caldey Island Lavender — фужерная голова. Это я продолжаю фужерную тему, которая затронула мою голову в процессе подготовки фестиваля инди парфюмерии.

Итак, еще один пример, который у меня нашелся — Caldey Island Lavender. Лаванда как она есть, но духи. Пушистые зеленые листочки с мгновенно исчезающими цитрусовыми бликами, потом пушистые сиреневые цветы и фужерная база, высветленная, как специально «состаренное» дерево. Аккуратный финал с пушистым мускусом решен в акварельной, очень английской манере. Весь аромат спокойный, сдержанный и очень лаконичный, но пейзажности не отнять.

17437674_152352888624809_7954660017834033152_n

Там есть и бельевые-мыльные аспекты лаванды, но они по-фужерному легки и радостны. Все нужное и ничего лишнего. Если в фужере считать главным игроком лаванду, а не дубовый мох+кумарин — то это фужер. Хороший пример того, как можно сделать очень непритязательный, но милый, носибельный, и моно-лавандовый запах без претензий.

 

Ca Sent Beau Kenzo — мандариновая сказка

Продолжая фужерную тему, хочу вспомнить о мандариновом Ca Sent Beau — как раз по зимней погоде. Вообще никто, кроме, кажется, Луки Турина (который метко охарактеризовал его «мандариновый фужер») фужером Ca Sent Beau не зовет, а определенный смысл в этом есть.

Насколько строг и прост Penhaligon’s English Fern, настолько сложносочинен Ca sent beau. На мой взгляд называть его прямо-таки фужером не корректно, но в начале и в сердечных тонах есть совершенно пленительный оттенок хорошо выстиранного и выглаженного белья. Начинается Ca sent beau с мандаринов, и мандарины эти совершенно уникальны: это скорее мандариновый мармелад или теплый кустард: никакой горечи, только мягкое, густое мандариновое сияние. Практически сразу к нему присоединяются густые медовые белые цветы, сквозь которые просвечивает персиковый ветивер и шершавая ваниль. Элегантный, улыбчивый, спокойный, комфортный, и ни на что не похожий, совершенно неожиданный.

17494235_1847775522161627_2028222142880940032_n

Аромат был создан в 1987 году, и характер у него не сегодняшний: он густой, яркий и шершавый — такой примерно может быть на ощупь ткань хорошего шерстяного костюма, вроде бы и гладкая, да не гладкая. Идеален для зимы — но и мартовский снегопад для него очень даже хорош.

Fougere Royale: копировать и красть

«Гениальные художники крадут, посредственные — копируют» — кстати, Пикассо сказал совсем не так, но фраза броская. Это я к чему: в любом ремесле копирование — прекрасное средство набить руку и не потерять квалификацию.  Не говоря уже о том, что основополагающие конструкции просто НУЖНО сделать руками, чтобы изнутри понять как сделано, это знание отпечатывается в мозгу и остается с тобой.  Чтобы украсть, нужно вначале скопировать.

Так вот, копирую Fougere Royale.  До этого и на мастерских и «среди себя» пользовалась фужерной формулой которая ближе к Жики, а этого монстра-основоположника с овердозой горького острого цианида передрать не дошли руки. Теперь дошли.

17077741_1852298721719561_1888105371789164544_n

Первые пару часов копия «только из натуральных ингредиентов» очень и очень недурна, интересные проблемы начинаются там, где у реального Рояля вступают белые гладкие тона мускуса (а они вступают под всем этим кумариновым великолепием).  Сделать натуральными ингредиентами тьму тьмущую, горькие травы и цианид нет никаких проблем, сымитировать гелиотропин при должном старании тоже можно, а вот мускусы… Амбретта тут не работает, точнее работает, но не на 100% так как нужно. Сделала читерский вариант — с катсури аттаром, это готовый кодистиллят растительных материалов с сандалом, который очумительно хорошо воспроизводит животный мускус. И сейчас мне, наконец, пришел мой белый сандал — его как раз не хватало, чтоб полирнуть мускус до той, Роялевской сглаженности. Так что копия вышла хорошая, узнаваемая вполне, хотя, разумеется, не идентичная — это же all-natural аналог.  Будет что  показать как пример фужерной структуры «как доктор прописал» на мастерских, не жалея)

Но тут всплывает еще тема, на которую у меня все руки не доходят написать: о ценности так называемого «слепого тестирования». С точки зрения проверки себя и своих предпочтений штука ценная, а с точки зрения истории и, хм, искусствоведения — абсолютно идиотическая. Ну вот дай вслепую сейчас этот «Fougere Royale» — и что? Конечно, настоящая красота всегда ощущается с первого вдоха, с другой — ценность его в том, что он такой — первый. Первый, но не один и не единственный. И это от него нужно плясать, если думать об истории духов как об истории развития структур, трендов и материалов.

Вообще тема фужеров, как оказалось, мало кому понятна. Я даже затевала фестиваль в надежде что коллеги покопаются в этом, но как-то, видимо, не вышло. Значит, напишу сама, вдруг будет с кем обсудить, так что вскорости ждите небольшую фужерную серию)

Ну и под занавес выражаю большую благодарность судьбе и Екатерине Хмелевской за прекрасный образец сильно винтажного Fougere Royale — благодаря им мне есть что копировать. И красть.